Prove They Are Alive!
TurkmenWiki
Свободу Алексею Навальному!
За демократию и права человека в Туркменистане  For Democracy and Human Rights in Turkmenistan
14.05.2021  
Аналитика

19.03.2021
Туркменистан по уши в долгах

Ахал-Теке

В 2021 году Туркменистан должен выплатить 1,35 млрд долларов, а в 2022 и 2023 годах – по 1,1 млрд долларов.

И президент Бердымухамедов предпринял беспрецедентный шаг — признался в этом.

Аналитики, следящие за событиями в Центральной Азии, привыкли к новостям о растущих долгах, которые тяжким бременем легли на Кыргызстан и Таджикистан.

Между тем, несмотря на колоссальные запасы природного газа, Туркменистан тоже не понаслышке знает об этих проблемах.

На состоявшемся 11 марта заседании Кабинета министров президент Гурбангулы Бердымухамедов  публично заявил о своих опасениях, хотя был привычно скуп на подробности.

Однако он раскрыл некоторые детали, касающиеся суммы задолженности Туркменистана.

«За последние годы» (более точных временных рамок ожидать не приходится) на развитие топливно-энергетического комплекса были привлечены кредиты размером более 8,8 млрд долларов. Бердымухамедов подчеркнул, что приоритетной задачей было увеличение прибыли от добычи природного газа за счет его переработки и производства побочных продуктов.

Возможно, самой заметной инициативой властей в рамках этой задачи стал открытый в июне 2019 года завод по производству из природного газа бензина, дизтоплива и сжиженного газа. Проект обошелся в 1,7 млрд долларов. По словам председателя газового монополиста «Туркменгаз» Батыра Аманова, он рассчитывает в ближайшее время погасить внешние долги своей компании за счет средств, полученных от реализации произведенной на этом заводе продукции.

Каждый из поочередно отчитавшихся чиновников давал похожие, расплывчатые обещания о выплате кредитов.

Бердымухамедов говорил о рентабельности так, словно она была каким-то новым понятием. По его словам, при привлечении иностранного капитала для оплаты строительства новых энергетических объектов необходимо провести технико-экономическое обоснование. Президент подчеркнул, что проекты должны быть самоокупаемыми.

А как дела обстоят в других областях экономики? Около 2,7 млрд долларов иностранных кредитов было привлечено на развитие того, что было условно обозначено как строительно-промышленный комплекс. И вновь никаких подробностей предоставлено не было, но значительную часть этой суммы могут составлять средства, подобные тому 500-миллионному кредиту, который Азиатский банк развития (АБР) выделил Туркменистану в 2018 году на развитие внутренней электросети.

Кроме того, Туркменистан привлек кредитов в размере одного миллиарда долларов на развитие и модернизацию транспортно-коммуникационного сектора. Одним из ключевых проектов в этой сфере было строительство участка железнодорожной магистрали Узень-Берекет-Горган, которая соединила железные дороги Казахстана, Туркменистана и Ирана в рамках проекта транспортного коридора «Север-Юг». Тут тоже не обошлось без АБР: банк выдал кредит в размере 125 млн долларов. Однако, как отметило государственное информационное агентство, было потрачено только 67,8 процента от общей суммы кредита, выданного на транспортно-коммуникационные нужды, а это означает, что почти треть этих денег не приносит дохода, за счет которого можно было бы выплачивать долги.

И когда все эти деньги должны быть выплачены? Об этом не упоминается ни в одном изданном информационном бюллетене, но некоторые любопытные цифры отобразились на экране не более чем на две секунды во время вечернего выпуска новостей 11 марта.

На приведенном графике «Ежегодные выплаты по долгам» видно, что в 2021 году Туркменистан должен выплатить 1,35 млрд долларов, а в 2022 и 2023 годах — по 1,1 млрд долларов.

Благодаря еще одному промелькнувшему на экране графику наблюдательные зрители узнают, что львиная доля платежей по обязательствам 2021 года (895 млн долларов) приходится на топливно-энергетический комплекс. Практически с полной уверенностью можно предположить, что, поскольку Китай ссудил Туркменистану миллиарды в этой сфере, эти платежи осуществляются в виде поставок газа.

По крайней мере, газ является легко монетизируемым товаром.

В сельскохозяйственном секторе все сложнее. Из 608 млн долларов непогашенной задолженности 145 млн долларов должны быть выплачены к концу 2021 года.

Президент заявил, что это бремя будет возложено не на центральное правительство, а на руководителей агропромышленного комплекса.

Приспешники Бердымухамедова регулярно услаждают его слух статистическими отчетами, свидетельствующими об огромных успехах в сельском хозяйстве. Взять к примеру отчет Государственного агентства по статистике, в котором говорится, что за январь-сентябрь прошлого года хозяйства Туркменистана увеличили объем механизированных работ по растениеводству на 62 процента. Информационные бюллетени, которые ложатся на стол президенту, привычно свидетельствуют о якобы имевшем место росте производства. Однако, если история чему-то и учит, то только тому, что за этим бахвальством ровным счетом ничего не стоит.

Только в прошлом месяце Бердымухамедов объявил строгий выговор Эсенмураду Оразгелдиеву, вице-премьеру, курирующему сельское хозяйство, за невыполнение реформ и задач, связанных с внедрением цифровых систем в эту отрасль. Он вновь выразил Оразгелдиеву свое недовольство 5 марта, когда посетовал, что несмотря на огромные инвестиции в сельхозтехнику и расходные материалы, стране не удается достичь продовольственной независимости.

Как агропромышленный сектор, неспособный прокормить страдающее от безденежья население, должен выплачивать большие долларовые долги?

Бердымухамедов вернулся к теме продовольствия и урожая на проведенном 15 марта заседании правительства. Он распорядился, хоть и запоздало, приложить все усилия к тому, чтобы «свести к минимуму негативные последствия» недавних заморозков для плодовых деревьев. Что касается других культур, о них он даже не упомянул, но ситуация не обнадеживает.

Еще в прошлом месяце специализированное российское интернет-издание «Метеожурнал» назвало рискованной затеей поручение президента высадить картофель в начале февраля. Как и предсказывали синоптики, в конце февраля температура в некоторых районах Туркменистана на несколько дней опустилась значительно ниже нуля, что, возможно, нанесло непоправимый вред всходам картофеля. 13-14 марта в Туркменистан вновь вернулись морозы.

Для решения возникших в результате проблем потребуется опять повыкручивать руки населению.

15 марта базирующийся в Амстердаме новостной сайт turkmen.news сообщил, что руководители государственных предприятий в Балканском велаяте вынуждают сотрудников отчислять часть зарплаты на покупку семенного картофеля.

Как отмечается в той же статье, выращивание картофеля является приоритетной задачей властей. Две трети от 34 000 тонн картофеля, которые Туркменистан закупил у России в 2020 году, составлял семенной картофель.

Сын Бердымухамедова, Сердар, занимающий должность вице-премьера, курирующего работу по внедрению цифровых систем в различные отрасли производства и правительственные ведомства, внес свой вклад в повестку дня, касающуюся продовольственного сектора. 12 марта он доложил отцу о проделанной работе по созданию в стране сети тепличных комплексов. Строящиеся теплицы общей площадью 350 тыс. кв. м (86 акров) смогут производить до 8750 тонн фруктов и овощей в год.

Бердымухамедов, очевидно, настолько доволен всем этим, что распорядился организовать помпезное открытие теплиц и приурочить это мероприятие к торжествам, посвященным 30-летию независимости Туркменистана.

Похоже, в стране намечается пир во время чумы.

EurasiaNet

Ê Вариант для печати


Обсудить эту статью