Prove They Are Alive!
TurkmenWiki
За демократию и права человека в Туркменистане  For Democracy and Human Rights in Turkmenistan
05.08.2020  
Власть

12.12.2019
Невыносимое великолепие Туркменистана

Виктория Панфилова

Бердымухамедова считали реформатором, но реформы забуксовали, едва начавшись

Глобальный экономический кризис, падение цен на газ, колоссальные расходы, опустошившие казну, удушающие кредиты привели к тому, что Туркменистан вместо процветания оказался в затяжном экономическом кризисе.

Президент Туркменистана Гурбангулы Бердымухамедов  взялся лично контролировать программу и антураж новогодних праздников в своей стране. Начал он с утверждения облика Белой Металлической Крысы — знака 2020 года. Именно с поправленного президентской рукой эскиза будет изготовлен в различных вариациях зверек, который украсит улицы и скверы Ашхабада и других туркменских населенных пунктов. Во многих из них уже стоят елки, украшенные за счет личных средств граждан. Таково распоряжение властей.

Ашхабад в канун Нового года вовсю украшают символами года по восточному календарю. С легкой руки президента белая металлическая крыса облачилась в зеленую шапочку, шарфик и варежки. Официально же, по сообщению ресурса «Хроника Туркменистана», символом года занималась мэрия Ашхабада.

Бердымухамедов — большой поклонник астрологии, с особым увлечением занимался новогодним символом два года назад. Тогда наступал год Собаки, а в животном мире Туркменистана местная гордость алабай если уступает в культе, то только легендарным коням ахалтекинцам. Тогда национальный любимец алабай украсил все углы и закоулки туркменских городов. В прошлом году возникла некоторая напряженность — приближался год Свиньи, животного, мягко говоря, не популярного в мусульманских странах. Но Бердымухамедов не стал углубляться в религию, и симпатичная свинка сменила алабая.

Страна давно привыкла к тому, что ни один вопрос не решается без президента. Вот и нынешнее решение местных властей собрать с бюджетников и школьников деньги на покупку новогодних украшений для городских елок возникло из поручения Бердымухамедова региональным чиновникам: на высшем уровне подготовиться к празднованию Дня международного нейтралитета 12 декабря (нейтральный статус Туркменистана закреплен в Конституции) и заодно к Новому году. Поскольку казна пуста, то чиновники решили привлечь к организации праздников население. По сообщению «Радио Азатлык» (туркменская служба Радио «Свобода»), ссылающегося на источники среди жителей Марыйской и Лебапской областей, каждая семья в зависимости от достатка должна раскошелиться от 10 до 2000 манатов (от 3 до 570 долл.), а новогодние елки здесь должны быть установлены до конца нынешней недели.

Туркменистан не собирается отказываться от проведения торжеств и массовых мероприятий даже в период затяжного экономического кризиса.

Имидж реформатора и Книга рекордов

Гурбангулы Бердымухамедова после вступления в должность в 2007 году восприняли как реформатора. Наверное, после первого президента страны Сапармурата Ниязова Туркменбаши, загнавшего государство в средневековую изоляцию, любой его сменщик воспринимался бы реформатором. Но Бердымухамедов еще и немало обещал. Например, говорил, что выведет страну из международной изоляции, введет многопартийность, обеспечит многовекторную внешнюю политику, благодаря богатым углеводородным месторождениям поведет страну к процветанию. Его заявления пришлись по душе и местному населению, и за рубежом. Но можно уже констатировать, что большинство обещаний так и остались только обещаниями.

Вместо реформ в ход пошла «мифология». Не уровня «Рухнамы» Туркменбаши, более скромная, но при этом и разносторонняя. Уже через три месяца после инаугурации в свет вышла первая книга Бердымухамедова «Научные основы развития здравоохранения в Туркменистане». Сегодня собрание сочинений президента насчитывает около полусотни книг, включая 11-томник «Лекарственные растения Туркменистана». Другие труды Бердымухамедова посвящены туркменским дыням и коврам, алабаям и ахалтекинским скакунам, музыке и чаю и пр. Население обязано покупать книги президента и просвещаться. Уже с 2017 года дикторы туркменского ТВ стали зачитывать отрывки из различных произведений Бердымухамедова.

Помимо знакомства с литературными опытами президента обязательным стало знание некоторых музыкальных произведений за его авторством. Например, песню «Вперед, вперед, только вперед, любимая родина — Туркменистан» на одном из мероприятий широкого масштаба хором пели более 4 тыс. человек — участников форума. Это нашло отражение в Книге рекордов Гиннесса. А в какой атмосфере проходят торжественные мероприятия с участием Бердымухамедова, можно найти в видеороликах в YouTube.

Вообще Туркменистан в Книге Гиннесса нередкий фигурант. Одним из рекордсменов в ней зарегистрирован сам Бердымухамедов. Президент прославился стрельбой из пистолета во время езды на велосипеде. Государственное телевидение неоднократно прокручивало сюжеты о ганфайтерской меткости и быстроте главы государства — Бердымухамедову нравится демонстрировать главам свои силовых ведомств, как нужно обращаться с огнестрельным оружием или даже метать холодное.

Не меньшей славой покрыл себя Бердымухамедов в качестве автомобилеконструктора и гонщика. Телепередача о том, как президент на основе своих чертежей и рационализаторских предложений сам переоборудовал и собрал скоростной внедорожник, побила все рейтинги. Он любит устраивать скоростные заезды на автомобилях Bentley и BMW и с удовольствием предстает перед телекамерами за этим занятием.

В Книге рекордов Гиннесса фигурирует и одна из достопримечательностей Ашхабада — здание международного аэропорта, выполненное в виде парящего сокола. В ней засвидетельствовано, что на крыше аэропорта изображен самый большой в мире ковровый орнамент площадью 705 кв. м. Нетрудно догадаться, что в проектировании Бердымухамедов не был рядовым наблюдателем или даже участником. Его роль шире и значительнее. Казне же строительство аэропорта обошлось в колоссальную сумму — 2,3 млрд долл. Но тогда еще держались высокие цены на газ, и иногда казалось, что обещанная Бердымухамедовым эра изобилия все-таки может наступить. Тем более он затеял очередной грандиозный проект — роскошное обустройство прибрежной зоны Каспия Аваза в расчете на богатых зарубежных туристов.

Но глобальный экономический кризис, падение цен на газ, сложные отношения с основными его покупателями, колоссальные расходы во тщеславие, опустошившие казну, удушающие кредиты, незначительные собственные производственные мощности привели к тому, что Туркменистан вместо процветания оказался в жестком и затяжном экономическом кризисе. Он усугубляется фактически абсолютным импортом, включая продовольствие, и неправильной финансовой политикой, ориентированной исключительно на доходы от продажи нефти и газа, которую власть пересматривать и не желает.

Газ — только Китаю

Туркменистан обладает четвертыми в мире запасами газа. До поры до времени главным покупателем туркменского газа являлась Россия. В 2003 году был заключен 25-летний контракт на закупку 49 млрд куб. газа. Планировалось, что впоследствии объемы экспорта будут увеличены. Но рынок внес коррективы — такое количество газа, да еще по такой цене, Москве оказалось не нужно. Вначале были снижены объемы закупок, а через некоторое время Москва отказалась покупать газ по обговоренной цене. Однако Ашхабад не понял нежелание российской стороны работать себе в убыток и снижать цену не стал. Наступила, по определению «Газпрома», «контрактная пауза», наполненная безрезультатным выяснением отношений в международных судебных инстанциях, что не могло не вызвать некоторого политического охлаждения между Москвой и Ашхабадом.

С другим покупателем газа — Ираном удержать ровные отношения Ашхабаду не удалось. В 2007 году рекордные холода в северных провинциях вынудили Иран увеличить объемы закупок туркменского газа. Ашхабад же не по-соседски воспользовался ситуацией, взвинтив цену с 40 долл. за тысячу кубометров до… 360 долл. Ни на какие просьбы Тегерана Ашхабад не поддался, а в январе 2017 года в одностороннем порядке прекратил поставки, объявив партнера неплатежеспособным, притом что Иран предлагал различные схемы оплаты, включая бартерные. И тут для разрешения спора пришлось обращаться в международные суды. Тоже пока безрезультатно.

Вот так единственным покупателем туркменского газа, от которого, по образному выражению одного эксперта, трещит земля, стал Китай. В Поднебесную сегодня уходит около 85% добываемого газа. То, что Ашхабад пытался сделать с Москвой и Тегераном, с ним самим сделал Пекин — монопольный покупатель газа навязал Ашхабаду свои жесткие, даже жестокие условия, снизив стоимость тысячи кубометров до 60–165 долл. И вывернуться из «тесных дружеских объятий» Китая не получается — все экспортные газопроводы построены Китаем на свои деньги, и теперь китайские компании и музыку заказывают, и на танцы приглашают. И так будет до тех пор, по крайней мере, пока долги не будут погашены — Китай одновременно не скупится предоставлять Туркменистану ссуды и кредиты на разные нужды. А это предположительно не меньше 8 млрд долл. Так что «китайские танцы» могут затянуться надолго.

Кризис, стратегические просчеты в торговле газом определили тяжелейшую ситуацию в Туркменистане. Вплоть до того, что власти вынуждены были отменить легендарные на постсоветском пространстве льготы на коммунальные услуги, газ, воду, хлеб, соль, бензин, введенные еще Туркменбаши. А потом и вовсе разразился продовольственный дефицит, что не могло не случиться при нехватке валюты и импортоориентированной внутренней торговле. Центральный Банк Туркменистана (ЦБТ) ввел ограничения на продажу иностранной валюты для предпринимателей и населения, а позднее отменил и свободную конвертацию валюты. От этого стало еще хуже — в стране вновь появился черный рынок валюты, где за доллар сегодня дают 18–20 манат при официальном курсе на уровне 3,5 маната за доллар. Население в попытке спасти сбережения бросилось снимать деньги со своих счетов. У туркменских банков возникли проблемы с наличностью, и стали вводиться новые ограничения. Недовольство людей начало выплескиваться наружу в виде стихийных немногочисленных протестов, пресекаемых властями с различной степенью жесткости.

Туркменистан — родина процветания?

Власть всячески делает вид, что проблем в стране нет. Меджлис (парламента) Туркменистана 2019 год назвал «Туркменистан — Родина процветания». Но люди, как пишет сайт Turkmen.news, переиначили лозунг: «2019: Туркменистан — Родина голода». Жители пускаются на все хитрости, чтобы вырваться из своей закрытой родины в Турцию, Россию, США, куда угодно, где легче выжить. Большинство отправляющихся в трудовую миграцию уезжают навсегда. Сколько в Туркменистане осталось людей из официальных 5,5 млн жителей, не сможет сказать никто. Власти и эту тему обходят молчанием.

По словам туркменского эксперта Сердара Айтакова, поначалу страну покидала самая активная и креативная часть населения, а сейчас миграция затронула малообеспеченные слои населения. В Туркменистане безработица и поводов для оптимизма нет: количество рабочих мест продолжает сокращаться, в том числе и из-за слияний различных государственных учреждений — власти вынуждены экономить. Условия для бизнеса жесткие до такой степени, что смысла открывать свое дело нет. Власти запретительными мерами стараются сдержать неконтролируемую миграцию, в том числе по линии образовательных, культурных и научных обменов. Не так давно стало известно, что без объяснения причин из страны перестали выпускать мужчин до 55 лет и женщин — до 40 лет. Но людей не остановить — находят какие-то лазейки и уезжают. Миграционную службу, вводящую запрет на выезд из страны, наблюдатели считают одной из самых коррумпированных структур Туркменистана. Главное направление отъезда — по-прежнему Турция, где процветает теневой рынок рабочей силы.

«СМИ контролируются государством. Общественная жизнь — спецслужбами. Все, что может быть расценено как проявление нелояльности или отходит от понятий «традиционности», жестко подавляется», — говорит Айтаков. Некоторую роль в «оживлении общества» играют только что вернувшиеся с обучения за рубежом студенты, но они, как правило, контролируются спецслужбами. Все демонстративные проявления принадлежности к западной или мусульманской масс-культуре — татуировки, хипстерские прически и бороды «вызывающий» стиль одежды, — преследуются, часто в инициативном порядке. Все общественные дискуссии в интернете также фильтруются на лояльность, «нежелательные» и крамольные — пресекаются.

Последние социологические опросы на территории современного Туркменистана, результаты которых могут заслуживать доверия, проводились в период перестройки времен СССР. Официальные данные переписи населения, которая была проведена около двух лет назад, не публикуются. Власти не только не поощряют, но и пресекают любые попытки замера общественных настроений. Так им, видимо, спокойнее, полагает Айтаков.

Аресты чиновников

Борьба с коррупцией — одно из популярных направлений деятельности властей в Туркменистане. На днях стало известно об аресте бывшего главы Миграционной службы Мейлиса Нобатова и министра внутренних дел Исгендера Муликова. Оба экс-руководителя ведомств получили по 15 лет за коррупцию в особо крупных масштабах, сообщил ресурс «Хроника Туркменистана». Ранее судили генерального прокурора страны Аманмырата Халлыева и еще около 50 сотрудников органов внутренних дел и других ведомств. У одного из них дома в ходе обыска обнаружили 15 млн долл. наличными. Никто не может чувствовать себя в безопасности. Под прицелом оказался казавшийся всесильным министр национальной безопасности и секретарь Совета безопасности Яйлым Бердыев. Сам президент приказал генпрокурору Батыру Атдаеву проверить его финансовое состояние и имущество. Как подсказывает опыт, приказы такого рода предшествуют полному краху проверяемого.

Все осужденные чиновники отбывают наказание в тюрьме Овадан-депе, пользующейся сомнительной славой одной из самых страшных тюрем в мире. В ней, в частности, бесследно исчезли осужденные по делу о «покушении» на Туркменбаши в ноябре 2002 года. В списке, который использует ОБСЕ, основываясь на данных правозащитной кампании «Покажите их живыми», фигурирует 121 человек. Среди них бывшие министры иностранных дел Борис Шихмурадов и Батыр Бердыев. В ходе первого визита Гурбангулы Бердымухамедова в США, во время посещения Колумбийского университета его спросили, живы ли оппозиционеры Борис Шихмурадов и Батыр Бердыев. Президент Туркменистана невнятно ответил, что они живы. Но до сих пор об их судьбе ничего не известно.

Транзит власти

Туркменистан избрал собственный путь развития. Страна готовится принять новую Конституцию. Первоначально Основной закон был принят в 1992 году и уже шесть раз подвергся изменениям — в 1995, 1999, 2003, 2006, 2008 и 2016 годах. Принятие новой редакции Конституции запланировано на сентябрь 2020 года. Бердымухамедов объяснил это необходимостью проведения парламентской реформы: страна должна перейти на двухпалатную систему. Учреждена конституционная комиссия, которая раз в месяц отчитывается перед президентом о проделанной работе.

Судя по ряду признаков, глава государства готовится передать власть своему сыну — Сердару Бердымухамедову. В разные годы он избирался в парламент (Меджлис) Туркменистана, одновременно занимая пост заместителя министра иностранных дел (такое совмещение должностей было запрещено законом о статусе депутата Меджлиса, но эта норма специально для Сердара Бердымухамедова была изъята из закона). Затем он был назначен руководителем центральной Ахальской области (велаята) Туркменистана. Специально для формального соблюдения законодательства была принята отдельная норма, упраздняющая другой закон — о запрете на службу в государственных органах близких родственников. Так закладывалась основа наследственной передачи власти.

Несмотря на массу проблем и сложностей, едва ли не главная претензия граждан Туркменистана к Бердымухамедову, по данным некоторых интернет-ресурсов, касается именно участия в управлении страной его многочисленных родственников. Первый президент Сапармурат Ниязов Туркменбаши старался ограничить участие в политике и бизнесе родственников. Клан Бердымухамедова, по разным оценкам, насчитывает около 80 человек. Они контролируют не только импорт-экспорт, поставки продовольствия и медикаментов, но и оказывают серьезное давление на бизнес, не гнушаясь, как сообщает портал «Альтернативные новости Туркменистана», банального присвоения даже малого бизнеса.

Малый бизнес в Туркменистане является наиболее уязвимым и угнетенным. Кроме коррупционного террора со стороны ближайших родственников президента, бизнес ограничен и серьезными системными проблемами. В отчете МВФ по итогам визита в ноябре 2019 года прямо было заявлено: «Для развития частного сектора и диверсификации экономики в целях снижения зависимости от экспорта углеводородов потребуются более активные реформы, направленные на ослабление административного контроля, открытие экономики для конкуренции и повышение прозрачности».

Но административный контроль только усилился. Новым контролирующим органом стал Союз промышленников и предпринимателей Туркменистана. По словам Айтакова, именно эта организация является самым крупным, почти монопольным получателем субсидий и кредитов от правительства и государственных банков Туркменистана, а также обладает эксклюзивным правом представлять интересы туркменского бизнеса за рубежом и во время всех визитов представителей иностранного бизнеса, иностранных и международных финансовых институтов в Туркменистан. Все остальные государственные институты, призванные выполнять регулирующую и стимулирующую роль (Государственная биржа, Торгово-промышленная палата), носят декоративную функцию, создавая видимость существования «рыночной» и «конкурентной» экономики. Политические амбиции бизнеса и претензии на защиту своих прав канализируются через контролируемую властями политическую Партию промышленников и предпринимателей.

В условиях кризиса и рецессии, когда рынок уже поделен, а ресурсных — углеводородных, хлопковых — денег в страну поступает значительно меньше, все чаще происходит столкновение интересов между кланом президентских родственников и бизнесом, прикрываемым до поры до времени Союзом промышленников и предпринимателей. Пока президенту удается купировать конфликт, и он пытается встроить своих племянников в цивилизованный бизнес. Но эти попытки раз за разом проваливаются, родственники не хотят работать цивилизованно. И вот это порождает «межэлитный» конфликт, который может обостриться в любой момент, особенно при транзите власти.

Золотая эра Туркменистана закончилась давно

Правление первого президента Туркменбаши в стране было названо «золотой эрой». Насколько она была золотой, отражали лишь всяческие золоченые памятники ему же. С его смертью «золотая эра» завершилась. Часть одиозных памятников новая власть собрала и снесла в предгорья Копетдага. Появились новые — Аркадагу (Покровителю) — так постановил величать себя Гурбангулы Бердымухамедов. Правда, в меньшем количестве. И эру его правления «золотой» не называют. Возможно, назовут как-нибудь когда-нибудь. Ниязова практически предали забвению. Но при этом уже известно о президентском постановлении — в будущем году торжественно отметить юбилей Туркменбаши. Нынешняя власть отдает должное основателю если не государства, то той системы, которая правит страной и поныне и для которой важен культ, а не личность.

«Независимая газета»

Ê Вариант для печати


Обсудить эту статью