Prove They Are Alive!
TurkmenWiki
Свободу Алексею Навальному!
За демократию и права человека в Туркменистане  For Democracy and Human Rights in Turkmenistan
19.08.2022  
Аналитика

07.07.2022
Сладкие речи Турции

Ахал-Теке

Туркменистан хочет экспортировать газ в Европу, не навлекая при этом на себя гнев России. Это и многое другое в нашем еженедельном бюллетене.

Саммит глав прикаспийских государств, состоявшийся на прошлой неделе в столице Туркменистана, прошел почти незаметно, за исключением одной детали — стола.

Как колко заметил в Twitter репортер Financial Times  Макс Седдон: он был настолько большим, что «в центре поместился бы целый хоккейный каток».

Вполне вероятно, что выбор стола был обусловлен эпидемиологическими причинами. Однако невольно создавалось ощущение, что главы пяти государств дипломатически дистанцируются друг от друга.

Последний такой саммит состоялся в августе 2018 года, и в ходе него была принята знаковая конвенция о правовом статусе Каспийского моря. Многие утверждали, что это положит начало реализации давно вынашиваемых проектов транспортировки энергоресурсов, включая транскаспийский трубопровод, призванный обеспечить передачу газа из Туркменистана в Азербайджан. Реальность оказалась несколько более прозаической.

Камнем преткновения остается условный козырь, которым могут воспользоваться прикаспийские партнеры, решившие помешать реализации планов. Если Россия, к примеру, вознамерится воспрепятствовать строительству трубопровода, она теоретически может сослаться на экологические проблемы.

Это объясняет, почему президент Туркменистана Сердар Бердымухамедов использовал ашхабадский саммит, чтобы предложить то, что он назвал Каспийской экологической программой.

«Позиция Туркменистана здесь четко сформулирована и принципиальна: вся экономическая и производственная деятельность должна строго соотноситься с экологической безопасностью водоема, соответствовать признанным мировым стандартам охраны природы», — сказал он.

В последнее время строительство транскаспийского трубопровода не входит в список приоритетных для Туркменистана вопросов, поскольку Ашхабад направил всю свою энергию на трансафганский маршрут ТАПИ. Однако ситуация может измениться.

1 июля Бердымухамедов встретился в Ашхабаде с вице-президентом Турции Фуатом Октаем, что выглядело как продолжение подготовки к трехстороннему саммиту глав Туркменистана, Турции и Азербайджана, который должен состояться в конце этого года.

На следующий день турецкий новостной сайт Star процитировал слова Октая о том, что рассматриваются три сценария доставки туркменского газа в Турцию для последующей транспортировки на рынки Европы.

Один из вариантов предполагает строительство уже упомянутого выше транскаспийского маршрута, по которому газ на следующем этапе будет перекачиваться в Трансанатолийский газопровод, более известный как TANAP.

Другой вариант — поставлять топливо в Турцию посредством серии своп-соглашений, подобных тем, которые сейчас действуют между Азербайджаном, Ираном и Туркменистаном. По имеющимся сообщениям, туркмены выразили заинтересованность в увеличении объемов газа, транспортируемого таким образом. Президент Ирана Эбрахим Раиси поддержал эту идею в ходе состоявшейся 29 июня беседы с Бердымухамедовым.

Третий предложенный Октаем сценарий предусматривает транспортировку газа через Каспий на судах.

Привлекательность туркменского газа для Европы состоит в возможности снизить зависимость от России. Однако Туркменистан не хочет, чтобы выглядело так, словно у него имеются разногласия с Москвой, которая остается его важнейшим экономическим партнером.

Находясь в Ашхабаде, президент России Владимир Путин вскользь упомянул о предстоящем визите в Туркменистан руководства государственной газовой компании «Газпром». Целью этого визита, по его словам, будет обеспечение преемственности в существующих соглашениях о поставках.

Москва возобновила закупки газа у Туркменистана в 2019 году после многолетнего перерыва. В конце 2021 года посол России в Ашхабаде Александр Блохин неожиданно сообщил, что в том году Москва удвоила привычный объем поставок туркменского газа, доведя его до 10 миллиардов кубометров. Это утверждение не могло остаться без внимания, поскольку пятилетнее соглашение, заключенное в 2019 году, предусматривало поставки только 5,5 миллиарда кубометров в год.

Россия добилась значительных результатов в вопросе торговли с Туркменистаном по многим направлениям, а не только в энергетике. В ходе визита Бердымухамедова в Москву в прошлом месяце Путин отметил, что в первом квартале 2022 года двусторонняя торговля выросла на 40 процентов по сравнению с прошлым годом.

Но Ашхабад бросает свой взор дальше России.

4 июля министр иностранных дел Рашид Мередов встретился в Ашхабаде с заместителем генерального директора Всемирной торговой организации Чжаном Сяньченем. Туркменистан официально подал заявку на вступление в ВТО в ноябре, а в феврале получил статус «присоединяющейся страны». Целью встречи было предоставление оперативной информации о предпринимаемых Ашхабадом шагах по продвижению повестки дня. По словам Мередова, к настоящему времени Туркменистан провел работу по совершенствованию национальной законодательной базы, внешнеторговых процедур и правил, а также по проведению разъяснительной кампании среди населения и деловых кругов о том, что повлечет за собой вступление в ВТО.

Фактически Туркменистан хочет быть другом всех и каждого, но при этом избежать вмешательства партнеров в свои дела.

По случаю Дня независимости США государственная газета «Нейтральный Туркменистан» опубликовала заметку с поздравлением, направленным Бердымухамедовым в адрес президента Джо Байдена, в котором он подтвердил свою приверженность «совершенствованию» дружественных и взаимовыгодных отношений с Вашингтоном. Любые такие отношения, отметил он, должны быть основаны на принципах «взаимного уважения, понимания и доверия».

Под этой короткой заметкой было размещено поздравление белорусскому президенту Александру Лукашенко с Днем независимости, который отмечается 3 июля. В этом почти идентичном послании также содержался призыв к взаимному уважению и динамичному развитию отношений.

Минск неизменно и по вполне понятным причинам быстрее реагирует на такого рода заигрывания. 2 июля «Нейтральный Туркменистан» опубликовал интервью с послом Беларуси Вячеславом Бескостым, в котором тот с надеждой говорил об увеличении товарооборота и предложил создать совместное производство (предположительно в Туркменистане) с Минским тракторным заводом — ведущим производителем сельскохозяйственной техники.

В том же номере «Нейтрального Туркменистана» сообщается о сделке с турецкой компанией Chalyk Energy по строительству 10-мегаваттной гибридной солнечно-ветровой электростанции в западной части Балканского велаята. Строительные работы должны начаться в июле 2022 года и завершиться к январю 2024 года. Как обычно в таких случаях стоимость проекта не была обнародована, хотя некоторые признаки указывают на то, что финансирование работ, вероятно, будет осуществляться за счет кредита в размере 25 миллионов долларов, выделенного на эти цели Туркменистану Фондом развития Абу-Даби в 2021 году.

Долг платежом красен. 30 июня государственный концерт «Туркменнефть» в своем заявлении сообщил, что продлил соглашение о разделе продукции с базирующейся в ОАЭ компанией Dragon Oil до мая 2035 года. Срок действия нынешнего СРП, заключенного на 25 лет, истекал в 2025 году. Эмиратская компания разрабатывает месторождения «Джейтун» и «Джигалыбег» в туркменском секторе Каспийского моря и, по данным «Туркменнефти», потратила на это более 8 миллиардов долларов. В настоящее время на месторождениях Dragon Oil ежедневно добывается около 80 тысяч баррелей нефти, но этот показатель планируется довести до 100 тысяч баррелей к 2025 году. Ашхабад не может не радовать тот факт, что из 2 200 человек, работающих на Dragon Oil, около 90 процентов — граждане Туркменистана.

EurasiaNet

Ê Вариант для печати


Обсудить эту статью