Prove They Are Alive!
TurkmenWiki
Свободу Алексею Навальному!
За демократию и права человека в Туркменистане  For Democracy and Human Rights in Turkmenistan
23.04.2021  
Аналитика

04.04.2021
Трижды «Маслахат» нейтрального Туркменистана

Леонид Колосов

Из истории туркменского народовластия

«Не знающий аналогов в мире» туркменский Халк Маслахаты, созданный как высший представительный орган народной власти, превратился в послушное орудие личной неограниченной власти президента и предателя интересов народа.

В воскресенье, 28 марта, в Туркменистане состоялись первые выборы членов палаты Халк Маслахаты  нового двухпалатного парламента Милли Генгеша — Национального Совета Туркменистана. Мало сказать, что их результаты удивили общественность: туркменские власти регулярно и с завидным постоянством удивляют нас своими неадекватными действиями и решениями. Результаты выборов в полном смысле слова ошеломили.

Неожиданное появление президента Курбанкули Бердымухаммедова, как чертика из табакерки, в списке кандидатов, выдвинутых жителями Ахалского велаята (или, скорее, простое внесение его задним числом в этот список), получение 100 процентов голосов выборщиков в ходе самой процедуры выборов, проходивших на основе косвенного избирательного права, вручение ему председателем Центризбиркома временного удостоверения члена Халк Маслахаты, благодарность за оказанное доверие и обещание «и дальше трудиться на благо процветания Отчизны» — все это произошло буквально в течение двух дней. Мы стали свидетелями не только нарушения процедуры выборов, но вопреки утверждениям об открытости, гласности и соответствии действующему Избирательному кодексу и нормам международного права, также нарушения 73 статьи Конституции Туркменистана, гласящей, что «Президент Туркменистана не может быть членом или депутатом Милли Генгеша Туркменистана».

То есть, Бердымухаммедову следовало либо поблагодарить за доверие и отказаться от участия в выборах, либо сложить президентские полномочия, пройти процедуру выборов и стать членом новой палаты парламента. На сегодняшний день ни того, ни другого не произошло или произошло, но обществу об этом, как всегда, не сообщили.

Если Бердымухаммедов хотя бы полгода назад уже планировал занять место в Халк Маслахаты, где ему, несомненно, было бы обеспечено избрание главой этой палаты, ему ничто не мешало (кто бы ему возразил?!) включить в Конституционный закон «О внесении изменений в Конституцию Туркменистана» от 25 сентября 2020 года статью о том, что действующий президент Туркменистана может быть членом или депутатом Милли Генгеша Туркменистана. Но он почему-то сделал наоборот и теперь столкнулся с проблемой.

Возможно, не все так плохо, и секрет состоит в том, что новоявленному члену Халк Маслахаты удостоверение было выдано временное, а поскольку время действия временного документа не ограничено (или ограничено, но данные об этом нам знать не положено), то вероятно, Бердымухаммедов просто взял тайм-аут, чтобы придумать, как выйти из этой патовой ситуации.

Хотя, с другой строны, в действующей с 1 января 2021 года новой редакции Конституции сказано, что «каждый экс-президент Туркменистана является членом Халк Маслахаты, если он не откажется от использования этого права». То есть, стоило Бердымухаммедову «по той или иной причине» подать в отставку с поста президента — и он уже автоматически становится членом Халк Маслахаты, причем пожизненно. Тогда зачем вся эта катавасия с тайным внесением в списки кандидатов, выборами и «временным» удостоверением?!

Если же все произошло именно так, как и планировалось заранее, то, возможно, не следует строить различные конспирологические прогнозы, а понадеяться на то, что, возможно, все разрешится в ближайшее время на первом же заседании Халк Маслахаты, этого загадочного органа — «транзитного Халка», как назвала его журналистка Татьяна Зверинцева. Тем более, что на данный момент желающих строить прогнозы да и вообще комментировать итоги парламентских выборов в Туркменистане мало, кто решается.

Как же дошел до жизни такой «не знающий аналогов в мире» туркменский Халк Маслахаты, что будучи созданным как высший представительный орган народной власти, превратился в послушное орудие личной неограниченной власти президента, в неоднократного нарушителя Конституции и законов Туркменистана, в предателя интересов народа и презренное сборище бессловесных роботов?

Начнем все по порядку.

Глава 1. Из истории туркменского «народовластия»

Со дня провозглашения государственного суверенитета Туркменской ССР 22 августа 1990 года до 18 мая 1992 года высшим органом государственной власти оставался Верховный Совет ТССР (с 27.10.1991 — Верховный Совет Туркменистана). 18 мая 1992 года была принята первая Конституция независимого Туркменистана, Верховный Совет был переименован в Меджлис, а народные депутаты (в период I-III созывов, с 1995 по 2009 годы их было 50) стали называться депутатами Меджлиса.

Конституция определяла Меджлис как высший законодательный орган с традиционным набором полномочий: законотворческая деятельность, контроль за соответствием конституции и законам Туркменистана нормативных актов органов государственной власти и управления; утверждение программы деятельности правительства, утверждение госбюджета и отчета о его выполнении; рассмотрение основных направлений политического, экономического и социального развития страны; назначение выборов президента и всенародных референдумов, утверждение госнаград и награждение ими президента, присвоение ему почетных и воинских званий и пр.

Одним словом, все, как у всех, за исключением двух моментов: во-первых, ни о каких реальных депутатских инициативах в Меджлисе ниязовской поры и речи быть не могло, вследствие чего полномочия «высшего законодательного органа» были сведены до самого что ни на есть примитивного поднятия рук, причем исключительно «за». А во вторых (и это будет иметь важное значение в связи с неожиданной кончиной президента Сапармурада Ниязова), в Конституции Туркменистана, во всех ее редакциях вплоть до декабря 2006 года существовала статья, гласившая, что «если президент по тем или иным причинам не может исполнять свои обязанности, впредь до избрания нового президента его полномочия переходят к председателю Меджлиса».

В той же Конституции 1992 года высшим предствительным органом народной власти был объявлен Халк Маслахаты (Народный Совет), в который, наряду с президентом, входили также председатель и депутаты Меджлиса, председатель Верховного суда, генеральный прокурор, члены Кабинета министров, главы местных администраций (велаятов, этрапов, а также некоторых городов и поселков) и народные представители (халк викеллери), избираемые на местном уровне так же, как и депутаты Меджлиса, сроком на 5 лет.

Халк Маслахаты имел ряд полномочий, весьма схожих, точнее сказать, дублировавших полномочия Меджлиса. Для чего это было нужно? Все очень просто: Меджлис должен был служить витриной цивилизованого демократического общества, в котором все вопросы решаются с позиции соблюдения законов и святости конституционных прав человека. А «народными избранниками» Халк Маслахаты туркменский диктатор Ниязов умело манипулировал, когда ему очень хотелось продемонстрировать «идущие из глубины веков традиции совместного, общенародного принятия решений», «своеобразный институт подлинной демократии, не имеющей аналогов в мире», показать, что «демократия у туркмен в крови».

«Рассуждая о демократии, свободе, мы даже не догадываемся, что уже давно живем при демократии», — так, во всяком случае, писал он в своей «Рухнаме». Можно было вкладывать в уста халк викеллери любые предложения, заранее зная, что ни один не откажется от великой чести и почтет за истинное счастье принять на себя роль «хабарчи» и стать публичным выразителем «воли народа».

Численный состав Халк Маслахаты, как показывала практика, менялся от заседания к заседанию, пока, наконец, в 2003 году не был окончательно определен в количестве 2,5 тыс. До 2003 года, согласно Конституции, Халк Маслахаты не являлся постоянно действующим органом и собирался время от времени, но не реже одного раза в год, а работой его заседаний руководил президент Ниязов.

14-15 августа 2003 года на XIV заседании была принята новая редакция Конституции Туркменистана, утвердившая Халк Маслахаты в статусе постоянно действующего органа и учредившая должности председателя и его заместителей. Пожизненным председателем Халк Маслахаты был единогласно избран президент Сапармурад Ниязов. Его заместителями стали председатель Меджлиса Овезгельды Атаев и управделами Аппарата президента Реджеп Сапаров.

Всего при Ниязове состоялись 17 заседаний Халк Маслахаты, включая IX заседание (27-29 декабрь 1999 г.), на котором было принято решение предоставить Ниязову исключительное право занимать пост президента Туркменистана «без ограничения срока полномочий», а также внеочередное XIII заседание (30 декабря 2002 г.), на котором было решено объявить ряд лиц, обвиняемых в попытке государственного переворота и покушения на Ниязова 25 ноября 2002 года, «изменниками Родины» и примененить к ним исключительную меру наказания в виде пожизненного лишения свободы.

Принятие подобных решений не входило в полномочия Халк Маслахаты. Это давало многим оппонентам режима основание считать нахождение Ниязова на посту президента после 1997 года нелегитимным, так как очередные президентские выборы в этот год проведены не были. Президентский срок Ниязова был сначала продлен на референдуме, а затем объявлен «пожизненным». Также незаконным признавалось применение к обвиняемым наказания в виде пожизненного заключения, отсутствовавшего на тот момент в законодательных актах Туркменистана. Позднее, в принятой в августе 2003 года новой редакции Конституции исключительное право объявления изменниками Родины и вынесения решения о применение к ним высшей меры наказания в виде пожизненного заключения в полномочия Халк Маслахаты было включено задним числом.

Глава 2. По законам детективного жанра

С 21 декабря 2006 года — дня смерти Сапармурада Ниязова началась новая история Халк Маслахаты.

Кончина пожизненного президента Туркменистана Вечно Великого Туркменбаши положила начало событиям, которых, на первый взгляд, мало, кто ожидал, но которые, вероятнее всего, были срежиссированы еще при его жизни. Иначе трудно поверить, что уход Ниязова в мир иной не только не вызвал никакой растерянности и замешательства, обычно свойственных подобным неожиданным смертям, но не обнаружил даже малейших признаков традиционной в таких случаях борьбы за власть. Наоборот, он продемонстрировал организованность и холодный расчет. Восхождение к вершинам власти у Курбанкули Бердымухаммедова было настолько скоротечным, что соперники (если они и были!) не успели опомниться, как оказались в тисках так ловко «реформированного» законодательства, что лишились всякой возможности вмешаться в ситуацию, не будучи обвиненными в нарушени закона.

Первым делом следовало избавиться от председателя Меджлиса, к которому по Конституции должны были перейти полномочия почившего от внезапной остановки сердца Туркменбаши. 22 декабря на экстренном заседании Меджлиса депутаты с готовностью единогласно «сдали» своего председателя Овезгельды Атаева, проголосовав за освобождение от обязанностей «в связи с возбуждением в отношении него уголовного дела».

К этому времени Бердымухаммедов уже сутки исполнял обязанности президента Туркменистана, так как накануне, 21 декабря, Кабинет министров и Государственный совет безопасности в обход Конституции утвердили его на этом посту. Никаких законодательных актов относительно полномочий Кабинета министров и Госсовета безопасности принимать такие решения на тот момент не существовало.

Однако мало было избавиться от законно обладающего правом стать ВрИО президента Овезгельды Атаева. Надо было подвести под этот в высшей степени сомнительный с точки зрения законности акт юридическую базу. И безотказным инструментом для выполнения этой деликатной и одновременно грязной работы был выбран… «уникальный туркменский орган народовластия» — Халк Маслахаты. Именно этому детищу Ниязова суждено было войти в историю современного Туркменистана как наиболее отвратительному олицетворению лживости, продажности и беззакония.

В течение трех месяцев состоялись три заседания Халк Маслахаты. 26 декабря 2006 года на XVIII заседании был принят Конституционный закон «О внесении изменений и дополнений в Конституцию Туркменистана», который в корне изменил процедуру транзита власти, как она была отражена в части 2 статьи 60 действующей Конституции. Отныне она звучала так: «Если президент по тем или иным причинам не может исполнять свои обязанности, впредь до избрания нового президента на основании решения Государственного совета безопасности на должность временно исполняющего обязанности президента Туркменистана назначается заместитель председателя Кабинета министров Туркменистана». Что касается фразы «Лицо, исполняющее обязанности президента Туркменистана, не может быть предложено на должность президента», из текста статьи 60 она была попросту вычеркнута.

Приняв закон, делегаты заседания немедленно выдвинули Бердымухаммедова кандидатом на пост президента, хотя некоторые выражали готовность утвердить его на этот пост без всяких выборов уже немедленно. Выборы были назначены на 11 февраля 2007 года. Впервые в истории Туркменистана они были заявлены как «альтернативные».

Подсуетился и Меджлис. Уже 26 декабря ВрИО президента был передан на утверждение единогласно одобренный депутатами закон «О выборах президента Туркменистана».

Вооруженный до зубов новыми юридическими актами, Бердымухаммедов с блеском выиграл президентские выборы, получив без малого 90 процентов голосов избирателей при явке 98,65 процента. Остальные 10 процентов были распределены между другими четырьмя кандидатами.

Победа Бердымухаммедова была встречена бурными аплодисментами делегатов XIX заседания Халк Маслахаты, состоявшегося 14 февраля 2007 года, на котором были оглашены окончательные результаты выборов и состоялась инаугурация избранного президента Туркменистана. Для участия в этой церемонии в Ашхабад прибыли президенты Казахстана, Украины, Таджикистана, Грузии, Афганистана, Ирана, главы правительств России, Турции, Азербайджана и другие зарубежные гости — всего около 30 делегаций.

30 марта 2007 года состоялось ХХ заседание Халк Маслахаты, которого в Туркменистане ожидали со смешанным чувством. С одной стороны, была, хотя и слабая, но все же надежда на некоторую либерализацию режима. Памятуя об историческом XX съезде КПСС (февраль 1956 г.), на котором прозвучал знаменитый доклад Никиты Хрущева, положивший начало развенчанию культа личности Иосифа Сталина и началу периода «оттепели», по аналогии с этим событием, некоторые наблюдатели поспешили назвать XX заседание Халк Маслахаты «туркменским XX съездом».

С другой стороны, казалось маловероятным проявление такой «слабости» молодого президента. Большинство считало, что и он, подобно покойному Туркменбаши, поспешит сосредоточить в своих руках как можно больше полномочий и других рычагов власти, что, по сути дела, и произошло.

Главным пунктом повестки дня заседания стали выборы председателя Халк Маслахаты. Единогласным решением делегатов им стал Курбанкули Бердымухаммедов — в то время рядовой член Демократической партии Туркменистана, председателем которой он стал уже через 5 месяцев. Своими заместителями он назначил председателя Меджлиса Акджу Нурбердыеву и первого секретаря политсовета Демпартии Онджика Мусаева.

Продолжая таким образом «следовать по пути Сердара», новый глава государства не без удовольствия принял на себя обязанности кормчего «не имеющей аналогов в мире» туркменской демократии, не забывая в то же время и о личных интересах.

28 июня 2007 года он подписывает первый в истории Туркменистана закон «О президенте Туркменистана», в котором определялись правовые, экономические, организационные и иные основы деятельности президента, а также обеспечивались гарантии неприкосновенность президента, прекратившего свои полномочия, и членов его семьи.

Думать о прекращении полномочий, только-только их обретя, Бердымухаммедов не собирался, поэтому, возможно, и не придал особого значения следующему параграфу нового закона: «Экс-президент может быть лишен неприкосновенности в случае совершения им тяжкого уголовного преступления решением Халк Маслахаты по представлению Генерального прокурора страны. Решение Халк Маслахаты об отказе дать согласие на лишение экс-президента неприкосновенности является обстоятельством, исключающим производство по соответствующему уголовному делу. В случае нарушения Конституции и законов Туркменистана действующим президентом Халк Маслахаты может выразить недоверие президенту и вынести вопрос о его смещении».

Воистину всесильный этот загадочный туркменский Народный Совет — Халк Маслахаты! Появившийся на свет как орган представительный и совещательный, призванный демонстрировать единство власти и народа, он постепенно принимал на себя полномочия, не являвшиеся изначально его прерогативой, вплоть до внесение изменений и поправок в Основной закон — Конституцию Туркменистана и права решать судьбу главы государства: поднимать вопросы о его смещении с должности, о лишении неприкосновенности и даже о возбуждении против него уголовного дела! По существу, Бердымухаммедов, подписывая закон «О президенте Туркменистана», сам того не желая, попал под прямую зависимость от решения Халк Маслахаты — органа, который помог ему взойти на президентский Олимп. Но где гарантия, что кому-нибудь не придет в голову также использовать этот потенциал, чтобы его оттуда и скинуть?!

Не могу поручиться, что именно эти причины стали поводом к роспуску Халк Маслахаты, но буквально через год с небольшим, в сентябре 2008 года на внеочередном XXI заседании президент Бердымухамедов заявил, что «Народный Совет полностью выполнил свою миссию в духовном и экономическом возрождении страны, становлении национальной государственности», и «сегодня целесообразно отказаться от этого органа на уровне государства», распустить «народных представителей», его законодательные и прочие государственно важные функции передать в ведение парламента, «как принято в цивилизованных странах», а заодно увеличить численность депутатского корпуса с 65 до 125.

Как ни странно, но делегаты заседания это предложение приняти единогласно. Странное и уродливое детище Туркменбаши — Народный совет, прекратил свое существавание, а декоративная роль «органа народного представительства» до поры-до времени перешла к Совету старейшин.

Глава 3. Реинкарнация по-туркменски

Прошло нелегких девять лет. Еще дважды переизбирался на пост президента Туркменистана Курбанкули Бердымухаммедов, вносились измененияв Конституцию, принимались новые законы, вводились в обиход новые правила поведения граждан, строились новые многомиллионные объекты, издавались новые сочинения президента о независимости и нейтралитете, о лечебных травах, чаях, коврах, лошадях и собаках… Росло недовольство населения социальной несправедливостью, стремительно увеличивающейся пропастью между «хижинами» и «дворцами», между простыми людьми и членами президентского «тохума», между тем, с чем ежедневно сталкивались жители городов и поселков, и тем, что показывали по ТВ и о чем писали газеты. Но когда ты теряешь работу или жилье, когда не можешь достойно содержать свою семью, давать хорошее образование детям и обеспечивать беззаботную старость родителям, тебя меньше всего волнует вопрос: а что там у нас с демократическими преобразованиями, не надо ли что-нибудь поправить, добавить или, наоборот, убавить, чтобы людям легче жилось?

Но можно ли улучшить то, чего на самом деле нет? Оказалось, очень даже можно.

Не откладывая в долгий ящик, президент принялся за совершенствование законодательной ветви власти с благородной, на првый взгляд, целью приведения ее «в соответствие с требованиями современного этапа государственного строительства и мировым опытом». (Видимо, по его мнению, исполнительная и судебная системы были настолько совершенны, что ни в каких поправках не нуждались.) При всей своей склонности к инновациям, на этот раз велосипед он изобретать не стал.

Начал, как водится, с Основного закона: чуть-чуть «подретушировал» Меджлис: вернул его председателю право принятия полномочий президента если тот «по тем или иным причинам» не может их исполнять, включил положение о невозможности внесения изменений в Конституцию в период между переходом полномочий президента к председателю Меджлиса и выборами нового президента (что, собственно, было сделано им самим в декабре 2006 года!) и ввел положение о Президиуме Меджлиса.

Через год после этого началась необъяснимая с точки зрения логики и непонятная с точки зрения здравого смысла многоходовая комбинация по реинкарнации Халк Маслахаты. В октябре 2017 года обновленный Меджлис, выполняя волю президента, принимает закон «О Халк Маслахаты», который очевидно не имеет ничего общего со своим старым «тезкой», действовавшим с 1992 по 2008 год, а является просто новым названием Совета старейшин, ставшим пародией на орган народовластия после расформирования Халк Маслахаты в 2008 году в связи с завершением миссии «по по духовному и экономическому возрождению страны».

Первое заседание воссозданного Халк Маслахаты Туркменистана состоялось 25 сентября 2018 года. И снова, как и прежде, кроме почетных старейшин, в зале собрались делегаты со всех регионов страны, руководители органов государственной власти, политических партий (а их на тот момент было ровно 2) и общественных организаций, депутаты Меджлиса, хякимы велаятов, этрапов и городов, туркменские дипломаты и другой люд.

Затем делегаты собрались ровно через год, 25 сентября 2019 года. Выступая на этом заседании, президент Бердымухаммедов высказался за объединение Халк Маслахаты и Меджлиса Туркменистана в единый двухпалатный орган. Была создана Конституционная комиссия по разработке и обобщению предложений в связи с внесением изменений и дополнений в Конституцию, проект которых должен был быть представлен на рассмотрение действующего Халк Маслахаты в 2020 году.

24 февраля 2020 года проект Конституционного закона «О внесении изменений и дополнений в Конституцию Туркменистана» был опубликован, а затем 25 сентября того же года на очередном заседании Халк Маслахаты, проходившем в связи с пандемией COVID-19 в формате видеоконференции, был обсужден и единогласно одобрен его делегатами, единогласно принят депутатами Меджлиса и подписан президентом. Он вступил в действие 1 января 2021 года.

В связи с принятием Конституционного закона «О внесении изменений и дополнений в Конституцию Туркменистана» деятельность Халк Маслахаты Туркменистана прекращалась, а название «Халк Маслахаты» присваивалось верхней палате нового парламента. Выборы в Халк Маслахаты Милли Генгеша Туркменистана были назначены на последнее воскресенье марта 2021 года.

Таким образом, мы вернулись к тому, о чем шла речь в начале нашей детективной истории.

Специально для «Гундогара»

Ê Вариант для печати


Обсудить эту статью