Prove They Are Alive!
TurkmenWiki
За демократию и права человека в Туркменистане  For Democracy and Human Rights in Turkmenistan
05.08.2020  
Медицина и экология

06.03.2020
Корона эпохи могущества

Татьяна Зверинцева

В борьбе с китайским вирусом Туркменистан задействовал все ржавые рычаги тоталитарного государства

COVID-19 — редкий повод, оправдывающий существование «железного занавеса» и жесткие полицейские меры внутри Туркменистана. Смогут ли его весьма слабые экономика и медицина пережить происходящее?

Вспышка коронавируса COVID-19 озаботила все страны, включая те, где инфекция пока не выявлена. Не стал исключением и Туркменистан, считающийся одним из самых закрытых государств мира и ограждающийся от всех зарубежных влияний идеологией «нейтралитета». Положение туркменских властей оказалось двойственным. С одной стороны, COVID-19 — редкий повод, оправдывающий существование «железного занавеса» и жесткие полицейские меры внутри страны. С другой стороны — смогут ли весьма слабые экономика и медицина Туркменистана пережить происходящее?

Не очень секретная информация

Туркменистан — страна, в которой приветствуются только хорошие новости. Государственные СМИ ежедневно рапортуют об успехах страны, транслируют воодушевляющие речи президента Гурбангулы Бердымухамедова и подробно освещают его повседневную жизнь. Повестка проправительственных СМИ (формально частных, но не запрещенных в стране) мало чем отличается от официальной. В основном они пишут о том же, о чем было объявлено в вечерней новостной телепрограмме «Ватан», позволяя себе лишь чуть более удобоваримые заголовки и чуть более разнообразные фотографии.

Так вот, именно полуофициальные СМИ достаточно быстро начали писать о появлении ранее неизвестного вируса COVID-19, обнаруженного в декабре 2019 года в китайском городе Ухане. И это тоже неудивительно. Эти издания, в отличие от государственных, уделяют некоторое внимание международным новостям, хотя в основном в двух жанрах — «как весь мир любит Туркменистан» и «как плохо и беспокойно жить за пределами Туркменистана». Новости о COVID-19 идеально подходили для второй категории.

Естественно, проправительственные журналисты практически не заводили речи о том, что инфекция может угрожать стабильному и нейтральному Туркменистану. Освещение этого вопроса первоначально было отдано на откуп «вражеским», то есть независимым, СМИ, базирующимся за границей.

Независимые журналисты выяснили, что в январе в Лебапском велаяте (области) организовали карантинный лагерь для прибывающих из Китая. Позднее лагерь появился также в Ахалском велаяте, а у челноков, прибывших из Китая, стали изымать товар. По официальной версии — для сожжения, по мнению челноков — с целью присвоения. 30 января «Туркменские авиалинии» на неопределенный срок отменили рейсы в Пекин и Бангкок.

Появились даже сообщения о том, что в одном из карантинных лагерей якобы скончался один человек, инфицированный COVID-19, а еще один обитатель лагеря болен. Но эта информация так и не нашла подтверждения. Пока считается, что вирус не проник не только в Туркменистан, но и вообще в Центральную Азию.

Также в независимую прессу просочилась информация об «антивирусной» пропаганде. По словам источников, сотрудники медучреждений уже в январе начали обходить организации и рассказывать о санитарных мерах. На стенах появились листовки аналогичного содержания. В школах, детсадах и больницах начали проводить дезинфекцию, в том числе путем окуривания помещений верблюжьей колючкой. При этом отмечалось, что на тот момент официальные лица все еще опасались произносить слово «коронавирус», заменяя его на слово «инфекция».

Срыв покровов

Ситуация начала меняться в начале февраля, когда в Ашхабаде стали распространять буклеты, в которых напрямую говорилось о мерах безопасности в условиях вспышки коронавируса. А 25 февраля государственные СМИ сообщили, что лично Бердымухамедов провел совещание о противодействии проникновению COVID-19 в Туркменистан. В ходе мероприятия курирующий здравоохранение вице-премьер Пурли Агамырадов объявил, что в стране введены карантинные меры для въезжающих иностранцев, а также ограничен выезд граждан в страны, где зафиксированы случаи заболевания. Бердымухамедов в ответ пообещал проводить аналогичные совещания регулярно и призвал «быть готовыми к развитию любых ситуаций, чтобы поставить надежный заслон опасной инфекции». Вскоре стало известно, что Туркменистан закрыл границы с Ираном и Афганистаном (где выявлен COVID-19) и почему-то с Узбекистаном (где вируса нет).

Одновременно начались сложности с вылетом из Ашхабада в Турцию — страну, наиболее популярную у туркменских трудовых мигрантов. Некоторые источники сообщали о полной отмене всех рейсов «Туркменских авиалиний» в эту страну. По их данным, с 26 февраля курсировать между Ашхабадом и Стамбулом продолжили только самолеты «Турецких авиалиний». Другие источники утверждали, что отменен был только утренний рейс в Стамбул, а вечером самолеты «Туркменских авиалиний» продолжат летать по этому маршруту.

К 27 февраля выяснилось, что самолеты туркменского перевозчика вылетают в Стамбул и Анкару пустыми. Они должны лишь доставлять домой уже находящихся в Турции граждан Туркменистана. По некоторым данным, на самолеты «Турецких авиалиний» в Ашхабаде пускают только иностранцев. Иными словами, гражданам Туркменистана фактически полностью закрыли выезд в Турцию.

28 февраля представители турецкого правительства выразили сожаление в связи с сокращением пассажирских перевозок, подчеркнув, что в Турции COVID-19 не выявлен. Турецкая сторона считает, что действия туркменских властей противоречат межправительственным соглашениям о дружбе и сотрудничестве.

Бердымухамедов запретил распространение коронавируса в Туркменистане

Казалось бы, после выступления Бердымухамедова, которое вся страна видела по телевизору, опасаться заражения коронавирусом можно без какого-либо противодействия со стороны спецслужб. Но не тут-то было. 26 февраля независимые журналисты узнали, что жительницу Ашхабада оштрафовали полицейские за… ношение медицинской маски на улице. Сотрудники полиции заявили, что женщина не доверяет карантинным мерам правительства и сеет панику в столице. Также журналистам удалось поговорить с одним из врачей, которые дежурят в аэропорту Ашхабада. По словам медика, им с коллегами приходится работать без масок по той же причине — этот аксессуар сочли «провоцирующим панику». Источник «Ферганы» заявил, что в медучреждениях врача в маске еще можно встретить, но не очень часто.

А 27 февраля журналисты выяснили, что сотрудники Министерства национальной безопасности (МНБ) вызвали на допрос родственников женщины, которая из-за карантина не может покинуть Иран. Женщина занимается челночным бизнесом и перед закрытием границ уехала в соседнюю страну за товаром. Сотрудники МНБ подробно расспросили родственников о ее предпринимательской деятельности и личной жизни, а напоследок приказали никому не рассказывать, что она «застряла» за рубежом. Можно предположить, что таких случаев было больше — просто родственники других челноков не стали нарушать запрет.

Любовь к родине вместо масок

Конечно, власти и правда могут опасаться возникновения паники, а разговоры о челночном бизнесе и иных «некрасивых» моделях выживания в «процветающей» стране всегда их раздражали. Но складывается впечатление, что дело не только в этом.

Возможно, власти наоборот обязали бы всех граждан носить маски и менять их каждые два часа согласно нормативам… Если бы можно было представить, что страна в состоянии это обеспечить. Но в Туркменистане наблюдается хронический дефицит даже продуктов питания, а вместо медикаментов людям настойчиво рекомендуют применять лекарственные травы из сборников, составленных лично президентом. И граждане вынуждены следовать этим рекомендациям, потому что не то что лекарства, а вообще практически все медицинские услуги по факту являются платными (хотя формально в стране действует обязательное медстрахование). А благосостояние большинства семей оставляет желать лучшего.

При этом даже в более благополучных странах сейчас возникают сложности с покупкой масок. Так что и говорить о Туркменистане? Все, что остается властям — объявить товар ненужным раньше, чем независимые СМИ констатируют его недоступность. Тем более миллион масок уже пришлось продать в Китай для поддержания имиджа «благополучного государства-импортера».

Также возникает вопрос, каким образом на экономике Туркменистана отразится прекращение той же челночной торговли, которая, с одной стороны, позволяет многим людям зарабатывать на жизнь, а с другой стороны — покрывает дефицит товаров. Да и вообще закрытие границ — суровое испытание даже для самых мощных экономик мира. Аналитики уже предсказывают, что наиболее заметными в мировых масштабах будут не эпидемиологические, а экономические последствия вспышки COVID-19. Что будет с Туркменистаном, которому, несмотря на все официальные заявления об «эпохе могущества и счастья», уже не первый год предсказывают экономический коллапс?

Журналисты уже узнали о резком подорожании картофеля в Ашхабаде. Местные жители связывают это с закрытием границ с Ираном, откуда импортируется этот товар. Буквально за сутки-двое иранская картошка вообще исчезла с прилавков, а отечественная продолжила дорожать. По словам источника «Ферганы», пока продуктового коллапса удается избежать за счет того, что остаются открытыми границы с Россией и Казахстаном. Но сокращение и без того скудного ассортимента в магазинах уже заметно.

При этом стоит учесть, что граждане, много лет выживающие в условиях дефицита, быстро догадаются, как реагировать на такого рода новости. Предчувствуя еще более тяжелые времена, они постараются сделать запасы, что приведет к еще большим проблемам.

Впрочем, в положении туркменских властей есть и определенная выгода. В стране, где уже целое поколение выросло и родило детей в условиях авторитаризма, достаточно легко ввести чрезвычайное положение. Если люди привыкли безмолвно соблюдать запреты на покраску волос или на установку глухих заборов — неужели они будут возражать против мер, предпринимаемых не по капризу властей, а из-за реальной опасности мирового масштаба? «Благодаря» вирусу власти, как говорилось выше, уже смогли жестко ограничить миграцию в Турцию, которая являлась главным каналом утечки населения из страны. Также стало известно, что под предлогом карантинных мер заключенных из колоний-поселений переводят в учреждения с более строгим режимом.

Кроме того, коронавирус может использоваться (и, как утверждают источники, уже используется) в пропаганде как внешняя причина, из-за которой в стране возникли те или иные трудности. «Картошка дорожает из-за коронавируса» звучит гораздо лучше, чем «картошка дорожает из-за того, что власти не особенно эффективно управляют экономикой».

Если вирус придет

Но что если все не ограничится карантинными мерами и экономическими потрясениями? В случае, если COVID-19 проникнет в Туркменистан, ничего хорошего ожидать не приходится. Совсем недавно, в начале декабря 2019 года, независимым СМИ стало известно о проблемах, вызванных эпидемией обычного гриппа.

Врач скорой помощи, пожелавший остаться анонимным, рассказал, что жители Ашхабада массово заболевают гриппом из-за проблем с отоплением: ослабленный простудой организм легче поддается вирусу. При этом горожане до последнего пытаются лечиться самостоятельно пресловутыми травами. Лишь когда ситуация выходит из-под контроля, они обращаются к медикам. Но и те мало чем могут им помочь. В распоряжении врачей есть лишь простейшие препараты, которыми можно на короткий срок сбить температуру.

Ашхабадцы, опрошенные журналистами, пояснили, что стараются обходиться без медицинской помощи из-за безденежья. За все услуги, которые оказываются в процессе лечения гриппа, необходимо заплатить около 1400 манатов (400 долларов). При этом средняя зарплата в стране составляет 800 манатов (229 долларов). А если, как обычно и бывает, заболели сразу несколько членов семьи?

Качество медицинского обслуживания в Туркменистане также оставляет считать лучшего. Источники свидетельствуют, что действительно профессиональную помощь можно получить лишь в клиниках элитного «медицинского квартала» Ашхабада. Там стоимость курса лечения порой может превышать 10 тысяч манатов (2,9 тыс. долларов). А основной массе населения приходится довольствоваться, например, услугами Лечебно-консультативного центра имени С. А. Ниязова (Ниязовской больницы). Здание этого медучреждения буквально разваливается на глазах. Недавно там при несчастном случае в лифте погибла санитарка, из-за чего почти все лифты в здании отключили. Теперь в единственном оставшемся лифте перевозят только лежачих пациентов и инвалидов-колясочников.

Это что касается столицы. В провинции же вообще можно легко встретить врача, который поставит диагноз «вода в сердце» или будет демонстративно игнорировать пациента, у родственников которого не нашлось денег на взятку. Посольство США в Ашхабаде и правительство Великобритании уже предупредили своих граждан об опасности нахождения в Туркменистане во время вспышки коронавируса. Американские дипломаты рекомендуют «отказаться от любых инвазивных медицинских процедур, таких как взятие крови, поскольку мы не можем гарантировать, что все медицинские протоколы соответствуют стандартам США». Британские чиновники отмечают, что «лечение может быть ненадежным или даже неразумным из-за плохо подготовленного персонала и нехватки лекарств и оборудования».

Конечно, даже в таких условиях COVID-9 не грозит Туркменистану массовыми смертями. Уровень смертности от вируса сравнительно невысок, по состоянию на утро 2 марта марта скончались 3044 человек из 89 072 зараженных. Тем не менее, очевидно, что COVID-19 станет для Туркменистана серьезным испытанием. Особенно если учесть, что власти страны вместо того, чтобы просить международной помощи, будут либо вообще скрывать факт проникновения инфекции, либо займутся написанием радужных отчетов о благополучном излечении счастливых граждан в суперсовременных госпиталях. Ну а родственникам умерших, безусловно, придется побеседовать с сотрудниками МНБ о вреде чрезмерной болтливости.

ИА «Фергана»

Ê Вариант для печати


Обсудить эту статью