Prove They Are Alive!
За демократию и права человека в Туркменистане  For Democracy and Human Rights in Turkmenistan
22.05.2018  
Общество и религия

16.05.2018
А что же Россия?

Азат Реджепов

Несмотря на все публичные заверения, за 11 лет свеого правления Бердымухаммедов не только не укреплял связи между Туркменистаном и Россией, но, напротив, целенаправленно их разрушал...

На днях Курбанкули Бердымухамедов, традиционно избегающий журналистов, даже принадлежащих не вполне свободным средствам массовой информации, аж целых двадцать минут общался под камеру с корреспондентом телеканала «Россия». Не будем останавливаться на причинах, побудивших его на такую, с позволения сказать, открытость, и тем более пытаться разобраться во всем, что он наговорил. Кому интересно, может ознакомиться самостоятельно, если выдержит хотя быть несколько минут.

В большинстве своем зрители испытывали, как минимум, недоумение от приблатненной манеры речи и бредовых идей президента, вызвавших множество вопросов. Основные из них — здоров ли Аркадаг, и не находился ли он во время интервью в состоянии наркотического опьянения? И если по второму еще высказывались сомнения, то состояние здоровье лидера туркменской нации никаких сомнений не оставило — однозначно, псих.

Однако, дело в другом. Данное интервью наглядно продемонстрировало внутреннюю суть человека, абсолютно искренне считающего себя успешным политиком мирового масштаба. Как сказал один из великих: «Успех и слава не меняют человека, они лишь обнажают то, что в нем заложено». Рассмотрим на примере острейшей темы положения русскоязычного населения Туркменистана и всех тех, кого в России называют соотечественниками.

В очередной раз Бердымухамедов припомнил наличие в стране русского театра и русской школы, носящих имя Пушкина, во-первых, как знака собственной доброй воли, и во-вторых, как доказательства масштабности популяризации русского языка в Туркменистане.

Сайту «Гундогар» и другим независимым СМИ в последнее время приходится систематически разоблачать туркменских чиновников в подтасовывании фактов, лжи, лицемерии и так далее. Вот и здесь «уважаемый президент» приврал — заслуга в создании Русского театра в Ашхабаде, так же, как и ашхабадской школы им. Пушкина, уже отметившей 100-летний юбилей, принадлежит не ему и вообще не туркменской, а советской власти. Кроме того, Аркадаг умолчал о том, что на данный момент в стране существует всего одна (!) русская школа. В советское время их было сотни и даже одиозный Туркменбаши, понимая востребованность изучения русского языка молодежью, не посмел их закрыть.

По подсчетам отдельных экспертов доля русских в Туркменистане сейчас составляет около 2 процентов от общей численности населения и продолжает снижаться, как и доля русскоязычного населения в целом. А началось все на заре перестройки, когда местные националисты: туркменская интеллигенция в лице писателей журналистов и других деятелей исскуства стала выдвигать требования о признании туркменского языка государственным с широким его внедрением в повседневную жизнь.

Сначала президент Сапармурад Ниязов, сам не вполне хорошо владевший туркменским языком, старался утихомирить националистов, но со временем, почувствовав ослабление давления со стороны Москвы, принялся разыгрывать эту карту сам.

Многие заводы, фабрики, работавшие на советских технологиях, стали закрываться. Как результат стали рваться экономические связи с Россией. Возникло политическое напряжение между двумя странами, прервались и военные, и гуманитарные, и культурные связи. Это привело к массовому оттоку кадров из Туркменистана: промышленных, сельскохозяйственных и других специалистов различных отраслей, военных, врачей, учителей, деятелей исскуства. Примечательно, что часть тех самых националистов, ратовавших за повальную «туркменизацию», впоследствии оказалась за границей, причем многие… в России.

Была и остается негласная установка властей по недопущению русскоязычного населения в руководящие круги чиновничьего аппарата. Основным инструментом реализации данной политики явилась обязательная аттестация по государственному языку. Всех русскоязычных граждан, не прошедших ее, увольняли с государственной службы, в первую очередь из органов образования, здравоохранения, силовых ведомств, МИДа, СМИ и финансовых структур.

Документооборот в государственных и коммерческих структурах начали переводить исключительно на туркменский язык. Все делалось впопыхах, без грамотной разработки программы, подготовки кадров, что по факту чуть не привело к ситуации, когда люди вынуждены были заключать договора почти вслепую. То есть брать на себя письменные обязательства на языке, которым не владеют. Более того, если литературный туркменский очень красив и богат, то официальный туркменский язык и документооборот на нем до сих пор далеки от совершенства. Порой доходит до абсурда. Так, в госучреждениях, когда спускают сверху какой то циркуляр, то работникам приходится разбирать его чуть ли не по буквам в поисках смысла. Но есть и особо находчивые. Например, как сообщают наши источники, в отделениях минфина, налоговых и банковских учреждениях работники со стажем втихомолку находят старую инструкцию на русском языке, сравнивают ее с новой на туркменском и передают по цепочке: «Помнишь инструкцию на русском языке номер такой то, за такой то год? Вот это она и есть, только на запутанном официальном туркменском».

Престижность учебы в российских вузах снизили путем долгого отсутствия механизма легализации и признания российских дипломов и грубого нарушения права молодежи на свободу передвижения. Таким образом отсутствие социального лифта для русскоязычного населения и отказ Туркменистана от двойного российско-туркменского гражданства привели к стабильному оттоку русскоязычного населения из страны. Дальше больше. В школах началось сокращение учебных часов по русскому языку, в некоторых районах школы с русскими классами вообще закрылись. Например, с 2009 года, уже при Бердымухаммедове, в Мары в связи с уменьшением численности русскоязычного населения закрылись 7 из 10 русскоязычных школ. В трех оставшихся программа изучения русского языка была значительно сокращена.

Кроме того, власти продолжают искусственно препятствовать изучению русского языка путем повышения цен на образование, в частности в русскоязычных учебных учреждениях. Несмотря на то, что в стране официально заявлено бесплатное обучение, негласно это правило массово нарушается. Например, если для зачисления в школу им. А.С. Пушкина до 2016 года требовалось внесение денежных средств в сумме 6-7 тысяч долларов, то в настоящее время эта сумма возросла до 20 тыс. долларов. Есть сообщения и о более высоких ставках.

Интервью Курбанкули Бердымухаммедова телеканалу «Россия» вышло откровенно лицемерным и лживым. Несмотря на все публичные заверения, за 11 лет своего правления Бердымухаммедов не только не укреплял связи между Туркменистаном и Россией, но, напротив, целенаправленно их разрушал. А русская школа и театр — это все старый советский багаж. А из нововведений: интернет–юзеры из силовых структур, имеющие в отличие от остального населения Туркменистана неограниченный доступ к интернету, где они резвятся, безнаказанно оскорбляя людей и оставляя откровенно националистические посты в адрес «русских свиней».

Периодически разыгрывать геоктепинскую карту считается признаком хорошего тона в туркменских СМИ. Эту установку дружно подхватывают все образовательные учреждения, плюс некоторые оппозиционеры за рубежом. В Туркменистане русская община была закрыта, а ее руководители выжиты за границу. При этом хорошо известно, что простые туркмены — мирный и дружелюбный народ, всегда готовый придти на помощь, а об их гостеприимстве не говорил только ленивый. Проблема — в лидере страны и его окружении. Здесь приходят на ум слова И. Гете «Люди издеваются над тем, чего они не понимают».

А что же Россия? Продолжает политику «пряника» по отношению к Аркадагу и на все его «чудачества» смотрит сквозь пальцы. Российские депутаты и сенаторы, посещающие Туркменистан, пляшут перед ним, восхищаются его авторитарным стилем управления и заверяют в полной поддержке. Руководитель российского МИДа заявляет о хороших личных отношениях со своим туркменским коллегой. И все же, какая бы дружба ни связывала министров, защита интересов собственных граждан и соотечественников должна превалировать над любыми личными отношениями. А что мы имеем на практике?

К сожалению, за все время независимости Туркменистана, совсем не слышно внятной позиции России по проблеме отношения к своим гражданам и соотечественникам в Туркменистане по вопросам обеспечения личной безопасности, соблюдения свободы передвижения, права собственности, выплат пенсий и так далее А ведь договоры между двумя странами обязывают строго за всем этим следить и соблюдать! Именно здесь требуется твердая политическая воля российского руководства, которая его внезапно покидает, когда речь заходит о правах человека.

Эксперты скептически относятся и к новому Договору между Российской Федерацией и Туркменистаном о стратегическом партнерстве. В очередном документе отмечается, что каждая из сторон защищает права своих граждан, проживающих на территории другой стороны, и оказывает им поддержку в соответствии с двусторонними договорами, а также общепризнанными нормами международного права. Где то мы это уже слышали, не правда ли? Сумеет ли на этот раз Россия настоять на выполнении обязательств и захочет ли?

Остается надеятся, что отношения между двумя народами, теснее переплетенные глубокими политическими, экономическими и культурными связями, чем те же связи туркмен с народами США, Европы и их союзников будут развиваться на благо двух народов, несмотря на искусственные преграды, возводимые отдельными личностями.

Специально для «Гундогара»

Ê Вариант для печати


Обсудить эту статью