Prove They Are Alive!
TurkmenWiki
Свободу Алексею Навальному!
За демократию и права человека в Туркменистане  For Democracy and Human Rights in Turkmenistan
17.09.2021  
Политика

29.03.2021
Туркмения пытается остановить турецкую экспансию

Виктория Панфилова

У Москвы есть шанс сохранить региональный мир на Каспии

Главы МИД России и Туркменистана обсудят ключевые темы двустороннего сотрудничества и взаимодействие в межгосударственных организациях.

Министр иностранных дел Туркменистана Рашид Мередов (на фото) 30 марта посетит Москву, проведет переговоры с главой МИД РФ Сергеем Лавровым и примет участие в заседании Совета министров иностранных дел СНГ 2 апреля, сообщила официальный представитель МИД РФ Мария Захарова.

По словам Захаровой, Мередов и Лавров обсудят ключевые темы двустороннего сотрудничества, актуальные сюжеты региональной и глобальной безопасности, а также взаимодействие в межгосударственных организациях. «Российская сторона рассматривает визит как важный компонент комплексных мер по углублению двустороннего стратегического партнерства в соответствии с договором между двумя странами о стратегическом партнерстве, который был подписан по инициативе президента Туркменистана», — подчеркнула Захарова.

«Основная цель визита Мередова — устранение дисбаланса во внешнеполитической ориентации, который сложился в результате мощной активности Турции сразу после карабахской войны», — сказал «НГ» туркменский эксперт Сердар Айтаков. По его мнению, Турция усиливает свои позиции в Центральной Азии. Как ранее писала «НГ», под прямым патронажем Турции было достигнуто эпохальное соглашение между Азербайджаном и Туркменистаном о разделе спорного нефтегазового месторождения на Каспии, спор о котором шел почти 30 лет. Несмотря на то что само месторождение имеет относительно скромные запасы, прецедент открывает дорогу другим трансграничным проектам, в первую очередь прокладке Транскаспийского газопровода, соединяющего огромные газовые запасы Туркменистана с уже готовой транспортной инфраструктурой Азербайджана для транспортировки газа в Турцию и Европу.

Следующая цель Анкары — расширение Совета сотрудничества тюркоязычных государств (ССТГ, Тюркский совет) за счет вступления Туркменистана в организацию. Ашхабад пока медлит с окончательным решением, ссылаясь на статус постоянного нейтралитета. Для ускорения процесса присоединения Туркменистана к Тюркскому совету кроме двустороннего давления была развернута целая агитационная кампания с подключением МИДов стран–участниц организации, которые провели переговоры с туркменской стороной. На них рефреном были озвучены преимущества усиления Тюркского совета и открывающихся перспектив как для этой структуры, так и для самого Туркменистана после вступления последнего в ССТГ.

Кроме очевидных «пряников» турецкая дипломатия не преминула воспользоваться и «кнутом» в отношении Туркменистана. Известно, что на территории Турции и Северного Кипра находится, по данным ряда экспертов, более миллиона туркменских трудовых мигрантов, у большинства из них просрочены документы. Вернуться в Туркменистан за новыми паспортами и выехать обратно на заработки в карантинное время просто невозможно. В эмигрантской среде растет протестная активность по отношению к туркменским властям, что не может не тревожить Ашхабад.

«Туркменские власти опасаются массового въезда этой критически настроенной группы граждан. Зная об этой слабости, власти Турции делают вполне публичные намеки о том, что в любой момент могут выслать в Туркменистан мигрантов, и даже потребовали возобновления воздушного сообщения между странами. Ашхабад воспринял угрозу всерьез и в срочном порядке начал возведение карантинных и фильтрационных лагерей на востоке страны, где прибывающих из Турции граждан будут проверять не только на наличие коронавируса, но и на лояльность, приготовив оборудование по взлому личных компьютеров и телефонов прибывающих», — отметил Айтаков. По его словам, туркменская сторона была вынуждена пойти на некие уступки и приняла приглашение участвовать в саммите глав государств Тюркского совета 31 марта в онлайн-формате. Но при этом всячески оттягивает любые политические заявления о вступлении в ССТГ.

«Безусловно, туркменские власти прекрасно понимают все возможные аспекты озабоченности российской стороны относительно очередной попытки Турции по проникновению в Центральную Азию и созданию протурецкого блока в виде Тюркского совета и его политической или военной реинкарнации в ближайшем будущем. Да и у самих туркменских властей существуют очень большие опасения в связи с увеличивающейся активностью Турции и попытками ее доминирования в регионе, а значит, и возможности как минимум корректировать или влиять на внутреннюю и внешнюю политику», — полагает Айтаков.

Понятно, что повестка визита Мередова на заседание глав МИД СНГ готовилась давно, но вот тематика двусторонней программы, по мнению эксперта, «становится очень актуальной и ценной для туркменской стороны и является явной демонстрацией как властям Турции, так и ее компаньонам по Тюркскому совету, что Туркменистан не стоит загонять в угол и существуют иные точки опоры, к помощи которых туркменская власть может прибегнуть в случае более откровенного давления».

«Безусловно, ни о каком ''российском'' повороте в туркменской политике речи не идет. Но именно сейчас туркменскому руководству крайне необходимо продемонстрировать не только приверженность обязательствам хоть и ассоциативного члена в СНГ, но и наличие динамики в двусторонних отношениях с Россией, заодно продемонстрировав властям РФ намерение не углубляться в интеграционные проекты Турции, в том числе и в пресловутый Тюркский совет, и в другие протурецкие структуры, которые планируются к реализации в ближайшее время», — считает Сердар Айтаков.

По словам эксперта, несмотря на большой соблазн все же вывести туркменский газ на европейские рынки, туркменские власти прекрасно понимают, что в этом случае моментально станут заложниками в большой турецкой интриге во взаимоотношениях с Европой, автоматически превращаясь из субъекта в объект, мнение которого будет учитывать в самую последнюю очередь, — торопливость турецкой дипломатии не оставляет никаких сомнений в этом. Это уже серьезно бьет по самолюбию туркменских верхов, старающихся не прибегать к услугам посредников, тем более таких доминантных, как президент Реджеп Эрдоган.

«В конце концов и России пора определиться со своей позицией в отношении проникновения Турции в Центрально-Азиатский и Каспийский регионы. Ведь амбиции Турции уже простираются не только на Центральную Азию, но и на Афганистан, что совсем недавно недвусмысленно дал понять турецкий политолог Эгин Ознер», — подчеркнул Айтаков.

В отношении Каспийского региона, по его мнению, все выглядит еще серьезнее. «Мантры о том, что нормы Каспийской конвенции, определяющей статус Каспийского моря, защищают регион от вмешательства третьих сил, которые повторяют политики РФ, не стоят выеденного яйца. Иран до сих пор даже не приступил к ратификации конвенции, претендуя на артикуляции принципов раздела акватории, а значит, документ еще не скоро вступит в силу, и все его нормы, в том числе о недоступе внерегиональных стран к процессу формирования политики, остаются лишь благими пожеланиями. И этим спешат воспользоваться турецкие власти — застолбить свое участие в каспийской региональной политике и фактически девальвировать принципы Каспийской конвенции, что, в свою очередь, является прямой угрозой региональной безопасности, которая с таким трудом выстраивалась на протяжении почти 30 лет», — сказал эксперт.

Все эти факторы выводят предстоящий визит главы туркменского МИДа из разряда рядовых. И туркменской, и российской сторонам предстоит не только переосмыслить вновь сложившуюся конфигурацию, но и сформулировать взаимоприемлемую позицию, учитывающую не только все аспекты двусторонних отношений, но и интересы, амбиции и претензии других региональных и мировых игроков, включая Иран и Китай. «Если с точки зрения «борьбы за ресурсы» сейчас Туркменистан для России не играет определяющей роли, то в сиюминутном раскладе на первый план выходит «борьба за территории», в которой именно Туркменистан является ключевым субъектом, от позиции которого зависит исход следующей фазы (после Южного Кавказа — Нагорного Карабаха) соперничества между Турцией и Россией», — полагает Айтаков.

По его мнению, нужно отдать должное туркменской стороне, она на протяжении последнего года не раз посылала сигналы российским властям — день в день проведения Парада Победы, именно 9 Мая, с приглашением высокопоставленной российской делегации, различные инициативы по экономическому сотрудничеству, практически моментальная регистрация сразу двух российских вакцин от коронавируса — далеко не полный перечень реверансов в сторону России, которая, в свою очередь, начала пресекать на своей территории все проявления протестной активности туркменской эмиграции и обучающихся в российских вузах студентов (одного даже выслали в Турцию без предоставления убежища). Но это все остается лишь ритуальными знаками взаимного внимания и расположения. «Принципиальные же вызовы, которые способны определить и поменять конфигурацию всего региона, пока остаются без ответа или вновь отдаются на откуп «тихой дипломатии», действенность и эффективность которой часто вызывает большие сомнения. История российско-туркменских отношений как никакая другая является хорошей иллюстрацией этого», — заключил эксперт.

«Независимая газета»

Ê Вариант для печати


Обсудить эту статью