Prove They Are Alive!
TurkmenWiki
За демократию и права человека в Туркменистане  For Democracy and Human Rights in Turkmenistan
10.12.2018  
Экономика и бизнес

05.06.2018
Нехватка денег в Туркмении бьет по зарубежным компаниям

Олжас Ауезов,
Эче Токсабай

Ряд зарубежных компаний в Туркмении испытывают сложности с продажами и получением средств из-за роста экономического давления, который в основном связан с резким падением объема жизненно важного для центральноазиатского государства экспорта газа.

Помимо официальной статистики на стабильный рост не указывают практически никакие экономические данные, и некоторые зарубежные топ-менеджеры говорят, что нехватка твердой валюты бьет по экономике, где преобладает государственный сектор.

Туркмения, имеющая четвертые по величине в мире запасы газа, продолжает заключать контракты с зарубежными и местными компаниями, но некоторые проекты застопорились, и Международный валютный фонд говорит, что страна должна сократить расходы или девальвировать свою валюту, манат.

«У правительства заканчиваются финансовые ресурсы, и оно не платит за завершенные контракты, не говоря уже про возможность заплатить за новые», — сказал Огузхан Чакироглу, член правления Cakiroglu Grup, турецкой металлургической и строительной компании, которая прекратила операции в Туркмении.

Проблемы Ашхабада начались в 2016 году, когда Россия, основной покупатель туркменского газа, прекратила закупки, сославшись на споры в отношении ценообразования и изменения на мировом энергетическом рынке.

Экспорт в Китай не смог компенсировать потери из-за прекращения поставок в Россию, и общая экспортная выручка Туркмении в 2016-2017 годах упала до 8,0-8,5 миллиарда долларов США, примерно вполовину по сравнению с тем, что страна получала в период между 2000-м и 2014-м годами.

В ответ правительство президента Гурбангулы Бердымухамедова начало постепенно ужесточать валютное регулирование, чтобы сохранить твердую валюту для приоритетных проектов.

Курс маната на черном рынке упал до 17-18 за доллар с 13-14 в начале текущего года и 7 — в конце 2016-го. Официальный курс валюты составляет 3,5 маната за доллар.

Местные частные компании, в том числе импортеры потребительских товаров, получают лишь небольшую часть тех долларов, которые запрашивают, говорят туркменские предприниматели. По словам Чакироглу, правительство также испытывает трудности с выплатами зарубежным подрядчикам.

«Власти не платят компаниям более трех лет, и это еще больше усугубляет проблемы на рынке, при этом нехватка долларов приводит к тому, что цены на черном рынке в три-четыре раза превышают официальный курс», — сказал он.

«Мы ожидаем выплат в размере нескольких миллионов долларов, но этого платежа мы ждали около четырех или пяти лет, — сказал Чакироглу. — Поэтому мы полностью прекратили операции в Туркмении».

Он отказался сказать, какие причины правительство называет в качестве объяснения задержки выплат.

Еще один турецкий подрядчик, Polimeks, который в 2016 году завершил строительство воздушного терминала в Ашхабаде на сумму 2,3 миллиарда долларов, прекратил работу над автотрассой, которая должна соединить столицу с морским портом Туркменбаши.

Polimeks отказалась прокомментировать отношения с Туркменией, которая с тех пор не делала официальных заявлений о проекте автотрассы. Министерство иностранных дел страны и посольство Туркмении в Анкаре не ответили на вопросы о долгах правительства перед зарубежными компаниями.

Вместо данных об инвестициях, как в случае с другими странами, на странице, посвященной Туркмении, на сайте турецкого министерства экономики написан текст, больше напоминающий предупреждение.

Препятствиями для зарубежных инвестиций являются такие риски, как «проведение налоговых аудитов в виде незапланированных рейдов», отказы в визах и «экспроприация ряда инвестиций, сделанных за прошедшие годы», говорится на сайте.

По данным министерства, Туркмения регулярно задерживает платежи турецким подрядчикам, и у них возникают трудности с переводом валюты со своих банковских счетов.

«НОВАЯ ОБСТАНОВКА»

Больше всего Ашхабад обязан турецким подрядчикам, поскольку Турция долгие годы была основным рынком сбыта туркменского импорта, а также инвестировала 1,5 миллиарда долларов в туркменскую экономику за период 2002-2016 годов. Однако компании других стран тоже понесли потери.

Два источника в правительстве Белоруссии сказали Рейтер, что Ашхабад не выплатил всю сумму заказа белорусской государственной компании на строительство завода по производству удобрений, запущенного в марте 2017. Один источник сказал, что сумма непогашенной задолженности составляет 52 миллиона долларов США, по сообщению другого источника это «внушительная сумма».

Американская DRC International, компания-поставщик и дистрибьютор технических компонентов нефтегазовых и строительных отраслей, присутствует в Ашхабаде с 2004 года.

«У нас были позитивные сдвиги на раннем этапе. Крупнейший проект был по строительству верфи ВМФ в 2015 году совместно с Hyundai Amco, что стало огромным успехом как для Hyundai, так и для DRC», — сказал генеральный директор DRC Стив Крэбтри.

«Но, к сожалению, эти дни далеко позади и сейчас другая обстановка, — сказал он. — Я сократил расходы, заменил руководство и двигаюсь дальше. Я надеюсь, что условия в стране изменятся и мы сможем вернуться к финансированию крупных проектов».

Исполнительный директор другой западной компании, пожелавший остаться неизвестным, сказал, что его фирма, поставлявшая нефтегазовое оборудование, закрыла филиал в Туркмении в конце прошлого года.

По его словам, туркменские клиенты не смогли закупать товары его фирмы из-за дефицита иностранной валюты в стране.

Туркменский эмигрант, пожелавший остаться неназванным, сказал, что все больше его знакомых ищут работу за границей, отдавая приоритет Турции.

По данным МВД Турции, число граждан Туркмении с временным видом на жительство, не считая студентов и разрешений, выдаваемых членам семей, увеличилось более чем вдвое в 2017 году до 25.693 человек.

Отступив от обычной практики, Бердымухамедов в марте 2018 года приказал центробанку расширить сумму льготных ссуд на 3 миллиарда долларов для Союза промышленников и предпринимателей Туркмении, состоящего из местных компаний. Ссудный капитал предоставлен компаниям на строительство скоростного шоссе и завода по производству удобрений. Союз не был доступен для комментариев.

Правительство отдавало ранее подобные контракты иностранным компаниям. Некоторые иностранные компании все еще работают над подобными проектами.

Корейская Hyundai сообщила, что продолжает работать над нефтехимическим предприятием стоимостью 3 миллиарда и ведет переговоры об участии в еще двух проектах в этой области общей стоимостью 4,8 миллиарда долларов США.

Hyundai сообщила, что у нее нет затруднений с платежами туркменской стороны и описала правительство как «оказывающее поддержку».

Французская компания Bouygues Construction также сообщила, что у нее нет трудностей на туркменском рынке. Она заключила новый контракт в феврале на строительство конференц-центра, отеля и двух зданий банков, чью общую стоимость не пожелала раскрывать.

НОВЫЕ РЫНКИ

Туркмения, обычно фиксирующая рост ВВП на уровне чуть выше 6 процентов в год, планирует открыть новые рынки экспорта газа до конца 2019 года через строящийся трубопровод в Афганистан, Пакистан и Индию.

Газпром отказался комментировать перспективы возобновления закупок туркменского газа.

Сейчас Туркмения пытается диверсифицировать экспорт, перерабатывая часть газа в горючее и химические материалы. В мае Туркмения также открыла новый международный порт на восточном побережье Каспийского моря стоимостью 1,5 миллиарда долларов.

В то же время, единственными вариантами для страны с точки зрения политики остаются девальвация маната или сокращение госрасходов, считает Юха Кахконен, замглавы департамента Ближнего Востока и Центральной Азии Международного валютного фонда.

Резервы, накопленные в лучшие времена, помогут правительству справляться с давлением, сказал Кахконен Рейтер, «но ему безусловно необходимо внести изменения в политику».

В последние три года дефицит текущего счета платежного баланса Туркмении достигал двузначных показателей, согласно данным МВФ. В текущем году это значение, как ожидается, понизится до 9 процентов ВВП или 3,8 миллиарда долларов США с 11,5 процента ВВП или 4,4 миллиарда долларов годом ранее.

Ганс Тиммер, главный экономист регионального управления Всемирного банка по Европе и Центральной Азии, сказал, что дефицит текущего счета платежного баланса Туркмении «неустойчив в долгосрочной перспективе, а нехватка валюты снижает производственный потенциал» страны.

В последние несколько лет связи Всемирного банка и правительства Туркмении стали «более тесными», сказал Тиммер, однако Ашхабад должен принять еще ряд мер, прежде чем банк сможет оказать ему финансовую поддержку, в частности, улучшить качество экономических данных и обеспечить прозрачность.

------------

При участии Владимира Солдаткина в Москве, Андрея Маховского в Минске, Чжу Ри Ро в Сеуле, Доминик Видалон в Париже. Перевели Ксения Орлова, Елена Дериведмедь и Марина Боброва. Редактор Дмитрий Антонов

REUTERS

Ê Вариант для печати


Обсудить эту статью