Prove They Are Alive!
TurkmenWiki
За демократию и права человека в Туркменистане  For Democracy and Human Rights in Turkmenistan
24.09.2020  
Права человека

14.06.2020
ЕСПЧ признал пыткой пожизненное заключение в России

Екатерина Трифонова

ЕСПЧ признал условия содержания пожизненно осужденных в РФ бесчеловечными. Продолжительное ношение наручников и камеры-одиночки приравнены к пыткам.

Примечание «Гундогара»

В декабре 2002 года в независимом нейтральном Туркменистане в нарушение Конституции страны, Уголовного, Уголовно-процессуального, Уголовно-исполнительного кодексов, по предложению президента Сапармурада Ниязова (Туркменбаши), при поддержке неконституционного органа Халк Маслахаты (Народного Совета) Верховным судом Туркменистана под председательством Ягшигельды Эсенова  было вынесено в общей сложности 8 пожизненных приговоров, два из которых — Нурмухаммеду Ханамову и Худайберды Оразову — были вынесены заочно.

К пожизненному лишению свободы были приговорены:

майор Бегенч Бекназаров;
бизнесмен Гуванч Джумаев;
бывший сотрудник силовых ведомств, майор Нурмухеммед Оразгельдыев;
бывший вице-премьер, министр иностранных дел Борис Шихмурадов;
бизнесмен Иклым Иклымов;
полковник, начальник отдела контрразведки МНБ Туркменистана Аннадурды Аннасахатов (скончался в феврале 2016 г.).

Все пожизненно заключенные были внесены в список жертв насильственных исчезновений Международной кампании «Покажите их живыми!», предоставления сведений о которых требуют правозащитные и международные организации.

Под юрисдикцией Европейского суда по правам человека (ЕСПЧ) на сегодняшний день находятся 47 государств-членов Совета Европы, подписавших Европейскую конвенцию о правах человека, в том числе Азербайджан, Армения, Россия, Украина, Грузия, Молдавия, Эстония, Латвия и Литва.

Не стоит сомневаться, что Туркменистан, будь он (представим на минуту!) не центральноазиатским, а европейским государством, ни при каких обстоятельствах не стал бы, подобно Белоруссии, подписывать этот документ. Это нетрудно доказать: Туркменистан всячески уходит от вопроса о ратификации или присоединения к Римскому статуту Международного уголовного суда (МУС) — первого постоянного международного органа уголовной юстиции, в компетенцию которого входит преследование лиц, ответственных за геноцид, военные преступления, преступления против человечества и военную агрессию. Признания полномочий МУС регулярно и настойчиво рекомендуются Туркменистану при рассмотрении его докладов, представляемых в профильные комитеты ООН и Совет ООН по правам человека.

Обязательства, которые перечислены в Европейской конвенции о правах человека, имеют универсальный характер, они гарантируют гражданам соблюдение всех прав, отраженных во Всеобщей декларации прав человека. Поэтому редакция «Гундогара» публикует нижеследующий материал как лишнее подтверждение того, что вынесение Верховным судом Туркменистана пожизненных приговоров к тому же с дополнительным условием нераспространения на эту категорию осужденных помилования и условно-досрочного освобождения, а также нахождение их в полной изоляцией от внешнего мира является по сути не только «отложенной смертной казнью», но и ежедневной жестокой пыткой. Следует однако отметить, что осужденные пожизненно в РФ — это в большинстве случаев террористы, серийные убийцы, организаторы жестоких преступлений, а в Туркменистане — политические оппоненты диктаторского режима.

-------------------------------------------

ЕСПЧ признал пыткой пожизненное заключение в России

Европейский суд по правам человека (ЕСПЧ) признал условия содержания пожизненно осужденных в РФ бесчеловечными. Например, к пыткам приравнены продолжительное ношение наручников и камеры-одиночки. Властям также указано на отсутствие мер по социализации таких людей, что в конечном итоге приводит к тотальной деградации личности. В Страсбурге считают, что долгое лишение свободы — это само по себе жесткое наказание, которое не следует усиливать дополнительно. Эксперты полагают, что в данном случае Россия к ЕСПЧ не прислушается. Хотя бы потому, что пожизненное заключение назначается в том числе как замена смертной казни. И пыточные условия содержания — это элемент госпропаганды против возвращения практики расстрелов.

В ЕСПЧ настаивают, что российские пенитенциарные нормы нуждаются в существенных корректировках. К примеру, применение строгого режима к пожизненно осужденным должно быть не автоматическим, а зависеть от их индивидуальных характеристик. И назначать строгий режим надо по мере необходимости, а не «неоправданно долго», как сейчас.

Об этом говорится в постановлении ЕСПЧ по делу «Н.Т. против России». Заключенный из Свердловской области пожаловался на чрезмерно жесткие рамки строгого режима. В том числе им и были указаны содержание в одиночной камере и повседневное заковывание в наручники. Кроме того, претензии были и к бытовым условиям — отсутствию водопровода и канализации. Заявитель также подчеркнул, что он «не был обеспечен правом на целенаправленную деятельность, что плохо влияло на ментальное здоровье».

По мнению российских властей, оглашенному при рассмотрении иска, жесткий тюремный режим для «пожизненников» соответствуют требованиям международных стандартов и национального законодательства. Наручники же — это не более чем «необходимая мера для опасных заключенных». Однако Страсбург не согласился с такими доводами и признал за Россией нарушение ст. 3 Конвенции о правах человека, устанавливающей запрет на применение пыток. Присуждена и компенсация морального вреда в размере 3 тыс. евро и 1 тыс. евро для возмещения судебных расходов.

В своем решении ЕСПЧ подчеркнул, что даже пожизненное лишение свободы должно преследовать прежде всего цель исправления осужденного, его подготовки к возвращению в общество. Как считают в Страсбурге, все формы одиночного заключения «без надлежащей психической и физической стимуляции» пагубны для умственных и социальных способностей человека. Учитывая, что де-юре у него есть возможность рассчитывать на досрочное освобождение, государство обязано обеспечивать меры по ресоциализации. Что касается наручников, то вердикт судей был суров: «Продолжительное ношение наручников существенно превысило законные требования тюремной безопасности, это умаляло человеческое достоинство заключенного».

Как пояснил «НГ» адвокат Вячеслав Голенев, пожизненное наказание действительно не индивидуализировано, ресоциализация или исправление, официально декларируемые как цель пенитенциарной системы, для таких осужденных полностью исключены. «Даже пожизненно заключенные имеют право на условно-досрочное освобождение через 25 лет и при отсутствии злостных нарушений режима. Однако цель реабилитации в их случае, возможно, вовсе и не преследуется», — подчеркнул эксперт. Скажем, отказы в УДО таким людям пишутся словно под копирку, как правило, не принимаются во внимание ни преклонный возраст, ни наличие положительных характеристик, ни проблемы со здоровьем. «Наше государство и впредь будет декларировать приверженность высоким стандартам исправительной системы в отношении осужденных на пожизненное заключенное. Но мы понимаем, что реальные условия их содержания, да и всех остальных осужденных, оставят желать лучшего и дальше», — сказал Голенев. Если государство все-таки пошло, например, на некоторую гуманизацию уголовного правосудия, то в уголовно-исполнительной системе «воз и ныне там». Так что, полагает эксперт, власти РФ проигнорируют позицию ЕСПЧ, поскольку и не скрывают репрессивный тренд в отношении пожизненно осужденных, каждый раз напоминая, что условия их содержания оправдываются логикой «отложенной смертной казни».

Вице-президент российского подразделения Международного комитета защиты прав человека Иван Мельников подтвердил «НГ», что условия содержания пожизненных заключенных отличаются большей строгостью. Допустим, в СИЗО для них предусмотрены дополнительные решетки помимо основной двери камеры. Однако, указал он, многие из этих людей — это террористы, серийные убийцы, организаторы жестоких преступлений. «Так что сотрудников ФСИН тоже можно понять, большинству из таких осужденных нечего терять. Они неоднократно пытались бежать, нападали на тюремщиков, брали заложников». Мельников подчеркнул, что даже общественники с крайней опаской встречаются с такими людьми, не зная, чего от них можно ожидать. Нахождение в камере-одиночке, заметил эксперт, тоже вполне логично: это позволит не подвергать опасности сокамерников. Мельников напомнил, что для «пожизненников» применяются и иные правила конвоирования — такие заключенные должны передвигаться, опустив лицо вниз и всегда держа руки на виду, несмотря даже на наличие наручников. Но это, считает он, не самая жесткая мера — скажем, в США разрешены кандалы, в которых гораздо сложнее передвигаться. Решение Страсбурга Мельников считает не до конца проработанным: «Условия, которые критикует ЕСПЧ, как раз оправданны с точки зрения безопасности. То же передвижение без наручников я считаю неаргументированным, это опасно для окружающих. В общем, в России есть свое законодательство, выходить за рамки которого определенно не стоит».

С другой стороны, подчеркнул Мельников, несмотря ни на что, таких людей все же нужно пытаться социализировать: «Нельзя лишать их прав на религию, образование, оказание медицинской и даже психологической помощи». Также эксперт напомнил, что пожизненно осужденным зачастую не позволяют работать, хотя сами они готовы к труду. Между тем занятость должна быть обеспечена в колониях, хотя бы для того, чтобы человек мог возмещать государству расходы на свое содержание, а также выплачивать денежные компенсации потерпевшим.

«Независимая газета»

Ê Вариант для печати


Обсудить эту статью