Prove They Are Alive!
За демократию и права человека в Туркменистане  For Democracy and Human Rights in Turkmenistan
22.11.2017  
Права человека

11.11.2017
Ау, омбудсмен!

Нургозель Байрамова

Семь месяцев в режиме безмолвия

Обладая статусом омбудсмена, Я. Курбанназарова не может исполнять свои обязанности, основываясь на независимости, законности, справедливости, объективности, гласности, потому что в Туркменистане все это существует только на бумаге.

Занимаюсь сегодня с утра своим обычным делом — просматриваю на Яндексе ленту новостей, разумеется, прежде всего касающихся Туркменистана. Внимание привлек заголовок: «Благодаря омбудсмену туркменский подросток отправится на родину к отцу». Ну, думаю, не успела наша Яздурсун Курбанназарова вступить в должность (речь в заметке шла о событиях более чем полугодовой давности), как тут же проявила себя как опытный правозащитник и помогла подростку. Не зря же она не один год возглавляла Туркменский национальный институт демократии и прав человека и комитет Меджлиса по защите прав и свобод!

Мальчик этот действительно попал в беду. Лишившись матери, с которой проживал в России, он из-за отсутствия средств не мог вернуться в Туркменистан к родному отцу. Тот, в свою очередь, также не имел финансовой возможности приехать за сыном. Помог омбудсмен. Но не наш, не туркменский. Проблему решила уполномоченная по правам человека в Свердловской области Татьяна Мерзлякова.

Первым делом она встретилась с подростком. Мальчик подтвердил свое желание вернуться в Туркменистан, где он родился в 2002 году, и жить с отцом, так как после смерти матери в России у него никого не осталось. Затем обратилась лично к послу Туркменистана в РФ Батыру Ниязлиеву. Посольство выразило готовность оказать помощь своему земляку, и мальчик был отправлен на родину.

Маленький эпизод о маленьком человеке. Но именно из таких эпизодов, как картинка из пазлов, складывается деятельность уполномоченных-омбудсменов. Это большая ответственность — помогать людям, попавшим в беду неважно, по чьей вине: своей собственной или по вине не зависящих от них обстоятельств.

«Человек в беде!» — сигнал, схожий с аварийным сигналом «Человек за бортом!» Как тонущий в морской пучине человек не в силах в одиночку бороться за свою жизнь, так и человек, попавший в беду, нуждается в поддержке и помощи. Особенно, если он не вполне ассоциирует происходящее с нарушением его гражданских прав и свобод. Ведь даже сегодня, в 21 веке правовая безграмотность — это наше больное место.

Мы не очень любим вчитываться в содержание законодательных актов, полностью доверяя их авторам — «всенародно избранным» депутатам парламента. А зря! Ведь мало того, что, как гласит русская пословица, «закон, что дышло — куда повернул, туда и вышло». Зачастую незнание законов не только избавляет от ответственности наших обидчиков, но и наоборот, превращает нас самих из пострадавших в виновников. А уж тем случаям, когда добротно написанный закон и практическая деятельность буквально противоположны друг другу, и подавно нет числа. Особенно часто мы видим это на примере Туркменистана.

Но поскольку начали мы разговор об омбудсмене, то и продолжим его, проанализировав лишь некоторые статьи Закона Туркменистана «Об Омбудсмене», который вступил в силу с 1 января 2017 года и в соответствии с которым первым туркменским уполномоченным по правам человека в марте того же года была избрана Яздурсун Курбанназарова.

О том, что деятельность уполномоченного по правам человека должна руководствоваться Парижскими принципами независимости от властных структур, а опираться лишь на внутреннее законодательство и международные правовые документы, писалось уже неоднократно. Именно в силу того, что некогда руководимый Курбанназаровой институт не только своей деятельностью, но даже и своим официальным названием — «Туркменский национальный институт демократии и прав человека при Президенте Туркменистана» (а при ком же еще?!) не соответствовал этим принципам, международные организации настоятельно рекомендовали ввести в Туркменистане институт омбудсмена.

И что? Есть ли в Туркменистане хоть один здравомыслящий человек, который скажет вам, что статья 13 закона «Об Омбудсмене», в которой говорится о том, что омбудсмен «при осуществлении своих полномочий независим и неподотчетен каким-либо государственным органам и должностным лицам», что он «самостоятелен и не представляет государственные органы, должностные лица, политические партии и иные общественные объединения» и что его решения «выражают свободную от политических пристрастий правовую позицию», хотя бы приблизительно имеет шансы на исполнение, пусть откликнется, и мы с гордостью внесем его имя в Книгу рекордов Гиннеса!

Или, к примеру, статья 14 «Гласность деятельности Омбудсмена», в которой прописано: «Деятельность Омбудсмена является гласной и освещается в средствах массовой информации Туркменистана». Видел ли кто-нибудь эти публикации за минувшие с избрания Я. Курбанназаровой семь с половиной месяцев ее «неустанной» деятельности?! Ни один из опрошенных мной респондентов не дал положительного ответа на этот «каверзный» вопрос.

Молчит и интернет. После новости о том, что в Туркменистане принят соответствующий закон и избран уполномоченный по правам человека, больше никакой информации нет. Было, правда, одно сообщение, что в мае 2017 г. Центр ОБСЕ в Ашхабаде провел дискуссию по реализации закона «Об Омбудсмене» и международным стандартам в области создания и укрепления национальных институтов по правам человека. Пресс-релиз Центра процитировал выступление главы Центра Натальи Дрозд и председателя Меджлиса Туркменистана Акджи Нурбердыевой. Имя новоиспеченного омбудсмена даже не упоминалось.

А на днях азербайджанский «Тренд» со ссылкой на турецкие СМИ опубликовал информацию о том, что Комитет общественного контроля Турции (!) намерен создать Объединение омбудсменов тюркоязычных стран: Азербайджана, Казахстана, Киргизии, Узбекистана и Туркменистана. Как вы думаете, кто будет решать вопрос, участвовать ли Яздурсун Курбанназаровой в этом объединении?

В интернете существует сайт «Европейский омбудсмен», посвященный деятельности национальных учреждений по правам человека. Именно он рассказал о туркменском мальчике, с которого мы начали наше повествование. Но и там следов туркменского уполномоченного не обнаружилось. Однако поиски в различных других источниках неожиданно принесли новость: в Туркменистане, оказывается, существует еще и детский омбудсмен! Не верите? В информации официозного интернет-издания «Туркменистан.ру» от 4 июня 2017 года черным по белому написано: «В Туркменистане будет разработан национальный план действий по реализации прав детей в стране на 2017-2021 годы. Такое решение было принято на очередном заседании Межведомственной комиссии по обеспечению выполнения международных обязательств Туркменистана в области прав человека и международного гуманитарного права. Во встрече приняли участие представители Меджлиса (парламента), ряда министерств и ведомств, правоохранительных органов и общественных организаций. В качестве приглашенного гостя в заседании приняла участие детский омбудсмен» (выделено мной — Н.Б.). Невероятно!

Делаю запрос на Google. Находится одна информация под заголовком «О счастье туркменских детей заботится президент» на сайте «Каспийские новости» (Caspian News) от 5 июня 2017 г. со ссылкой на «Туркменпортал», в которой также упоминается заседание этой Межведомственной комиссии с участием детского омбудсмена. И вновь: ни имени, ни фамилии!

Эта история лишний раз подтверждает: в условиях информационного «голода», на который обрекают мировую общественность туркменские власти, СМИ зачастую вынуждены тиражировать сомнительные и непроверенные данные, перепечатывая их друг у друга и не заботясь о фактическом соответствии действительности. Написал, опубликовал — и ладно! Искать в данном случае первоисточник информации — абсолютно пустое занятие.

Но вернемся к Закону Туркменистана «Об Омбудсмене». В статье 12 «Основные принципы деятельности Омбудсмена» говорится: «Деятельность Омбудсмена основывается на принципах независимости, законности, беспристрастности, доступности, конфиденциальности информации, недопустимости дискриминации, приоритетности прав и свобод человека и гражданина, справедливости, объективности и гласности». Разве мало за последнее время в Туркменистане произошло событий, которые бесспорно должны были стать объектом вмешательства уполномоченного по правам человека?!

Неоднократно подвергалась угрозам и нападению корреспондент «Азатлыка» Солтан Ачилова. «Личности в штатском» угрожали расправой и пытались спровоцировать гражданскую активистку Наталью Шабунц. Неизвестные закидали камнями окна квартиры пожилой женщины — матери правозащитника Фарида Тухбатуллина. Продолжают оставаться в местах лишения свободы без связи с внешним миром более ста заключенных. Тюрьмы пополняться людьми, в той или иной форме критикующими Курбанкули Бердымухаммедова, прикрывающего ошибки своей внутренней и внешней политики усилением репрессивных мер и увеличением численности карательных органов.

Комитеты ООН выносят свои рекомендации по улучшению ситуации с правами человека в Туркменистане. Правозащитные организации публикуют доклады, в которых отражают множественные факты нарушений, включая нарушения прав на свободу СМИ, свободу объединений и собраний, свободу передвижения, свободу религии. Приводятся конкретные факты применения пыток и практики насильственных исчезновений в пенитенциарной системе, коррупции и беззакония, распространенных среди сотрудников правоохранительных органов. Нарушаются права отдельных категорий граждан: женщин, пожилых людей, детей, представителей национальных меньшинств и религиозных организаций, людей с ограниченными возможностями, приверженцев нетрадиционной сексуальной ориентации и др.

И как же реагирует на это наш омбудсмен? Да никак. Максимум, на что можно рассчитывать, это на заявление о том, что все это выдумки «злобных эмигрантов» и «продажных журналистов», что сама она об этих фактах слыхом не слыхивала, а жизнь в Туркменистане — истинный рай. И все это, благодаря неустанной заботе всеми любимого президента-защитника. Ну, и так далее. Одним словом, «Аркадага шохрат!»

Ведь, скорее всего, наш омбудсмен не слушает Радио «Азатлык», не читает «Альтернативные новости» и «Хронику Туркменистана», не заходит со своего компьютера на сайты «Ферганы», «Гундогара» и Международной кампании «Покажите их живыми!». Она не может этого сделать по той простой причине, что сайты эти в Туркменистане давно и нАкрепко заблокированы, а это значит, что власти нарушают и ее, омбудсмена, право на свободное получение информации. Обладая статусом уполномоченного по правам человека, Яздурсун Курбанназарова не может исполнять свои законодательно закрепленные обязанности, основываясь на независимости, законности, беспристрастности, доступности, справедливости, объективности, гласности, потому что все это существует только на бумаге. Ничего этого в Туркменистане на самом деле нет.

Уполномоченным по правам человека быть непросто. Прежде всего, чтобы защищать права других людей, надо самому этими правами обладать. Найдет ли Яздурсун Курбанназарова свое место среди чиновников-подхалимов, присмыкающихся перед бывшим зубным врачом, или поедет на хлопковые поля, чтобы самой увидеть работающих там школьников?

В соответствии с законом «Об Омбудсмене», она имеет право «беспрепятственно и без предварительного уведомления посещает органы государственной власти, органы местного самоуправления, предприятия, учреждения и организации независимо от их организационно-правовых форм и форм собственности, исправительные и другие специализированные учреждения, места предварительного заключения, места содержания задержанных, Вооружённые Силы Туркменистана, другие войска, военные учреждения и проводить в них самостоятельно или совместно с компетентными государственными органами, должностными лицами, государственными служащими проверку их деятельности».

Можно побывать в Дашогузе и поговорить с теми, кто выступил против десятикратного повышения платы за детские сады, можно навестить воинские части Марыйского велаята, чтобы самой хоть один день поесть «пустых» щей и солдатской «ярмы». Можно посетить места лишения свободы. Не ту новую показательную женскую колонию, куда возят иностранных дипломатов, а ту, в которой заключенные, содержащиеся по 20 человек в четырехместной камере, за несколько месяцев теряют половину собственного веса. Можно…

Ау, омбудсмен! Проснитесь! Делайте же что-нибудь, черт вас возьми!

Специально для «Гундогара»

Ê Вариант для печати


Обсудить эту статью